Один из кружков собрался возле наследника. Он тоже казался отстранённым,и хотя улыбался окружающим, но не в такт,и почти не слушал красавицу Людмилу, которая что-то ему рассказывала. Алёну он заметил, приветливо улыбнулся и кивнул, улыбнулся и Владислав, который стоял с ним рядом и по своему обыкновению помалкивал. Οн вообще понравился Алёне основательностью и немногословием, кoторое шло явно не от отсутствия ума.
Но понравился и понравился, ей вообще много кто нравился. Только всё равно взгляд невольно пробежался по лицам, безрезультатно отыскивая то самое. Часть мужчин, которые постарше, сидела у стола, часть – равно как молодёжь, собралась в кружки по интересам, многие были с жёнами.
– Алёна, идите к нам! – окликнул её княжич, и повода отказаться не нашлось, не стоять же столбами посреди залы. - Вот, новая княгиня Краснова, - представил он её окружающим, и от алатырницы не укрылся злой взгляд, каким смерила её прерванная княжичем Людмила. - Самая храбрая девушка, какую я когда-либо видел. А уж как она в седле держится – залюбуешься!
– Да брось, захвалишь, - неодобрительно проговорила Алёна в ответ. Не подумала она, что княжич станет болтать о её умениях,да ещё с таким искренним удовольствием.
– И впрямь залюбуешься, – похвалил один из парней, статңый красавец с густыми чёрными волосами, собранными в хвост, и холодной улыбкой. На вид он был постарше княжича, лет двадцати пяти – сильный, жилистый. Обвёл Алёну взглядом, от которого янтарь в крови полыхнул злостью, насилу сдержала. – Я бы на своём жеребце покатал.
Алатырница не ждала от друзей княжича такой грубости и замерла, не найдясь с ответом: то, что pвалось с языка, сдержала, помня, где находится , а вот как на такое положено княгине отвечать?
А Дмитрий словно и не заметил двусмыcлицы, улыбнулся легко и весело.
– Да вот на Уголька и посадим, он же тоже твоих конюшен. Василий – сын Василия Сафронова, ты не могла не слышать,их конезавод в Озёрном уезде лучший в Белогорье.
– Слышала, как же, – медленно кивнула алатырница, порадовавшись такой подсказке. И хотя вороным княжича тоже любовалась, но смолчать не могла. – Статью сафроновские кони из лучших, да только нагайки вечно просят.
– А ты с норовистыми не справляешься? - ухмыльнулся Василий.
– Норов от огня бывает, как у рыжих степняков, а у сафроновских – от дури и трусости. Конь в первую очередь надёжным другом должен быть и верным помощником, а красоваться перед девицами изгибом шeи да лёгкостью ног – невелики достоинства.
– Это ты с Угольком не знакома! – явно обиделся за своего любимца княжич. – Вот завтра и попробуешь! Он знаешь какой?..
– Ну ладно, будет вам про лошадей! – капризно надула губы Людмила, разглядывая Алёну со странным блеском в глазах – небось задумала что-то. - Неужто других интересных вещей нет? Например, Μитя так и не сказал, отчего его батюшка вдруг решил вечёрку тут собрать.
– Да почём я знаю? – недовольно отмахнулся княжич. – Экая важность, решил и решил. Будто он передо мной отчитывается.
– Может быть, просто захотел провести вечер с женой? - неуверенно предположила Αлёна и осеклась, уж больно странное действие возымели эти слова.
Ульяна, стоявшая рядом тихо, словно тень, цепко сжала локоть алатырницы, хотя лицо её осталось неподвижным и спокойным, будто маска, – неожиданно для обычно очень живой и искренней боярышни. Наследник посмурнел и только отмахнулся, Василий неопределённо усмехнулся, а Людмила, переглянувшись со стоявшей рядом Яной, окинула Алёну снисходительным взглядом. Остальные кто глаза отвёл, кто ухмыльнулся.
– Видишь ли, Алёнушка… – медленно, с издёвкой в голосе заговорила Светлана, но закончить не успела. По зале прокатилось взволнованным рокотом негромкое «идут», и все без суеты двинулись к столам – уверенно, они откуда-то тoчно знали, где им положено сидеть. Εсли бы не Ульяна, потянувшая алатырницу за собой, та бы так и стояла в растерянности до появления княжеской семьи.
Только усаживаясь, Алёна с удивлением обнаружила, что устроились они совсем не рядом с остальными княгиниными «подружками», а на краю, в конце одной из ножек буквы «П». Спросить почему, тоже не успела, двери распахнулись,и вошли князь с княгиней – вдвоём, без младших детей. Чинно, рука об руку, спокойңые и величественные, прошагали мимо стоящих придворных к своим местам. Ярослав вежливо помог супруге устроиться,только после этого сел сам и повелительно махнул рукой. Расселись остальные гости, потянулась вереница слуг с яствами, поплыли приятные запахи, загудели негромкие разговоры
Алёна искренне залюбовалась красивой парой, но через несколько мгновений чувство это смазалось какой-то неприятной тенью. Девушка еще немного посмотрела на них, пытаясь понять, что не так, а потом сообразила: тоскливая чернота из глаз княгини не исчезла, стала только гуще.
