«Слишком гладко все шло до сих пор, – с сожалением сказал он себе. – Следовало ждать какого-то препятствия». Он вздохнул, доставая из сумки с инструментами моток провода. Ему хотелось избежать протягивания провода от зала до кабинета на втором этаже; хотя провод был тонким, как паутинка, а его изоляционная оболочка имела матово-коричневый цвет, это все равно бесконечно повышало риск обнаружения.
«Ничего не поделаешь», – успокаивал он себя.
Он уже изучил план электропроводки здания, который Тара раздобыла в департаменте общественных работ, но теперь снова развернул его и положил на скамью рядом с собой, чтобы освежить в памяти.
В панелях стены за скамьями правительственного сектора имелась сетевая вилка для стенной розетки. Из плана следовало, что кабельный канал проложен за панелями и выходит по стене на чердак. План также показывал главный рубильник в будке швейцара напротив главного входа. Будка была заперта, но Мозес открыл ее без труда и выключил рубильник.
Потом он вернулся в зал, нашел сетевую вилку и снял с нее крышку, обнажив провода, и с облегчением обнаружил, что они имеют цветовую разметку. Это могло намного облегчить его работу.
Мозес опять поднялся на второй этаж. При мужском туалете имелась кладовка уборщиков, и там стояла стремянка. Люк на чердак тоже находился в мужском туалете. Мозес поставил под ним стремянку. Поднявшись на нее, он сдвинул люк чердака и пролез в квадратное отверстие.
Пространство под крышей было темным и пахло крысами. Мозес включил фонарик и начал пробираться через лес стропил, перекладин и опор крыши. Пыль, которая лежала здесь нетронутой много лет, поднималась ленивым облаком вокруг его ног. Мозес чихнул и закрыл нос и рот платком, осторожно передвигаясь вперед, от балки к балке, отсчитывая каждый шаг, чтобы сориентироваться.
Над открытой частью стены, которая определенно была частью задней стены большого зала, он нашел кабельные каналы. В трубках лежало пятнадцать проводов. Некоторые были очень старыми, но другие явно были добавлены недавно.
Мозесу понадобилось некоторое время, чтобы выделить комплект, ведущий в зал внизу, но, когда он наконец открыл все соединения, он увидел те же цветовые линии, что в сетевой вилке внизу. Он испытал безмерное облегчение. Ведь он предвидел массу проблем, с которыми мог столкнуться на этом этапе, но теперь все становилось просто, оставалось только протянуть на чердак свой провод.
Мозес размотал длинный, гибкий пружинный провод, который принес с собой, и сунул его конец в трубку кабельного канала, продвигая до тех пор, пока не ощутил сопротивление. Тогда он отправился в обратный путь по чердаку, по стремянке, по коридору, вниз по лестнице и в зал.
Он нашел конец пружинного провода, торчавший теперь из сетевой вилки, и прикрепил его конец к проводу детонатора, а остальную часть провода уложил так, чтобы тот легко скользнул в трубку, когда он потянет его с другого конца.
На чердаке он закончил работу с проводом. Мягко вытягивая, как рыбак выводит леску, он достал излишки провода, дальний конец которого теперь был закреплен в зале. Мозес аккуратно свернул провод и оставил его, возвращаясь в зал. К этому времени его комбинезон был сплошь покрыт пылью и паутиной.
Теперь он выложил на полу провод от взрывчатки под передней скамьей, проверяя, чтобы тот не слишком натянулся. Затем тщательно скрыл провод. Он прикрепил его скобками под зеленым ковром, что лежал в зале от стены до стены. Когда он укладывал провод в сетевую вилку и привинчивал на место эмалированную крышку, он оставил снаружи небольшой кусочек провода.
Затем он снова внимательно осмотрел пол и ковер, убеждаясь, что следов от его работы не осталось. Кроме нескольких дюймов проводка, торчавшего из-под крышки, ничто не выдавало его приготовлений, и Мозес сел на место доктора Фервурда, чтобы передохнуть несколько минут, перед тем как начнет последнюю фазу работы. И после этого вернулся наверх.
Самой трудной и неприятной частью всего дела было найти место на чердаке точно над кабинетом Шасы. Мозесу пришлось трижды подниматься и спускаться по стремянке, измерять углы и расстояние в самом кабинете и наверху, пытаясь повторить один и тот же маршрут в пыли между стропилами.
Наконец, убедившись, что нашел точное место, он старательно просверлил маленькое отверстие в потолке. Снизу в дырку проник свет, но даже когда Мозес опустился на колени и приложил глаз к отверстию, он не смог рассмотреть, что находится внизу, потому что дыра была слишком мала. Он немного расширил ее, но все равно ничего не увидел, и ему пришлось снова спускаться с чердака и идти по коридору к кабинету Шасы.
Едва войдя в кабинет, он понял, что ошибся в расчетах. Просверленное им отверстие в потолке находилось прямо над письменным столом, а когда он расширял дыру, вокруг нее треснула штукатурка и несколько ее кусочков упали на стол. Мозес осознал, что это может оказаться серьезной проблемой. Конечно, сама дырка была невелика, но сеточка трещин вокруг нее бросилась бы в глаза любому, кто стал бы рассматривать потолок.
