На мгновение Лотар был парализован потрясением. Он ведь не был неким необычным существом, супергероем, не знающим страха. Он близко познал страх, когда находился на шумном поле для игры в регби, ожидая натиска мускулистых тел, а также на молчаливых улицах черного поселения, когда гонялся ночью за опасными преступниками. Он побеждал эти страхи и ощущал странное возбуждение от таких побед. Но на этот раз случилось нечто новое.
Он столкнулся не с человеком, а с неким чудовищем. Тварью с десятью тысячами глоток и двадцатью тысячами ног, ползучим, лишенным рассудка монстром, проревевшим бессмысленное слово и не имевшим ушей, чтобы слышать, или разума, чтобы соображать. Это была
Он оставил мотор работающим и открыл дверцу, а констебль на заднем сиденье крепко выругался охрипшим от ужаса голосом:
– Твою мать, давайте убираться отсюда!
Это помогло Лотару собраться с духом, и он преисполнился презрения к собственной слабости. Как делал уже много раз, он подавил страх и взобрался на капот «лендровера».
Он намеренно оставил «стен» в машине и даже не стал расстегивать кобуру с револьвером на поясе. Единственный выстрел ничего не дал бы против этого расползшегося урода.
Лотар поднял руки и закричал:
– Стойте! Вы должны вернуться обратно! Это приказ полиции!
Но его слова потонули в многоголосом реве монстра, и тот быстро приближался. Люди в передних рядах побежали к Лотару, а задние кричали и торопили их.
– Вернитесь! – проревел Лотар, но ряды словно не слышали, они были уже недалеко.
Лотар видел выражение лиц ближайших людей, они смеялись, но Лотар знал, как быстро меняется настроение африканцев, насколько близко за улыбками в африканских сердцах кроется жестокость. Он понял, что не сможет их остановить, они подошли слишком близко, они были слишком возбуждены, и он видел, что его присутствие лишь разжигает их, им достаточно было одного вида полицейского мундира.
Он спрыгнул с капота, поспешно забрался в кабину, стремительно развернул «лендровер» задним ходом, а затем рванул машину вперед, когда вожаки уже находились на расстоянии вытянутой руки.
Он изо всех сил жал на акселератор. До полицейского участка было почти две мили. Быстро подсчитав, как скоро толпа доберется туда, Лотар сразу мысленно подготовил приказы, которые следовало отдать, и решил, какие дополнительные меры предосторожности необходимы для обеспечения безопасности участка.
Внезапно на дороге перед ним появилась другая машина. Лотар этого не ожидал и, резко взяв в сторону, чтобы избежать столкновения, увидел, что это «моррис»-универсал с лакированным кузовом. За рулем сидел молодой белый мужчина.
Лотар притормозил и открыл боковое окно машины.
– Куда, черт подери, вы собрались? – закричал он.
Водитель «морриса» высунулся в окно и вежливо улыбнулся:
– С добрым утром, капитан.
– У вас есть разрешение на въезд в поселение?
– Да, хотите взглянуть?
– Нет, черт побери! Разрешение аннулировано. Вам приказано немедленно покинуть городок, слышите?
– Да, капитан, я слышу.
– Здесь ожидаются неприятности, – настаивал Лотар. – Вам грозит опасность. Я приказываю вам немедленно уехать ради вашей собственной безопасности.
– Прямо сейчас, – согласился Майкл Кортни, и Лотар поспешил дальше.
Майкл проводил его взглядом через зеркало заднего вида и, когда «лендровер» скрылся из вида, закурил сигарету и преспокойно поехал в том же направлении, откуда с такой отчаянной скоростью умчалась полицейская машина. Волнение капитана полиции подтвердило, что он движется в правильную сторону, и Майкл довольно улыбнулся, услышав далекий звук множества голосов.
В конце проспекта он повернул на звук, а потом съехал на обочину и заглушил мотор. Он сидел за рулем и смотрел вперед, на огромную толпу, что лилась по улице в его сторону. Майкл не боялся, он был отстранен – наблюдатель, но не участник; и когда толпа приблизилась, он стал жадно всматриваться в лица, стараясь не упустить ни единой подробности, уже составляя фразы, чтобы описать происходящее, и тут же заносил их в блокнот.
Они увидели Майкла в припаркованном «моррисе» и окликали его, показывая поднятые большие пальцы.
