– Ты такой ласковый, – прошептала Изабелла. – Такой сильный и в то же время такой нежный…
К середине утра они ощутили голод, и Изабелла, натянув один из старых отцовских рыбацких свитеров, совершила налет на кладовую в поисках завтрака.
– Как ты смотришь на копченых устриц и спаржу с запеченной фасолью?
– А твой отец не станет тебя искать? – спросил Лотар, открывая консервные банки.
– О, папуля – пустяковая задача. Он поверит всему, что я скажу. А вот моей бабули следует остерегаться, но я уже договорилась с одной из подруг, она нас прикроет.
– А, так ты знала, где мы в итоге окажемся? – поинтересовался Лотар.
– Конечно. – Она закатила глаза. – А ты разве нет?
Они уселись на койке, скрестив ноги, поставив тарелки на колени, и Изабелла попробовала смесь.
– Гадость, – высказала она свое мнение. – Не будь я такой голодной, я бы к этому не притронулась.
– Ты, конечно, увидишься с матерью, когда будешь в Лондоне? – спросил вдруг Лотар, и ложка застыла на полпути ко рту Изабеллы.
– Откуда ты знаешь, что я собираюсь в Лондон… и откуда ты знаешь, что моя мать там?
– Думаю, я знаю о твоей матери куда больше, чем ты, – ответил Лотар, и Изабелла, положив ложку на тарелку, уставилась на него.
– Например? – с вызовом спросила она.
– Ну, например, твоя мать – ярый враг этой страны. Она является членом запрещенного Африканского национального конгресса и группы противников апартеида. Она регулярно общается с членами коммунистической партии Южной Африки. В Лондоне она руководит конспиративным зданием, в котором укрываются политические беженцы и сбежавшие террористы.
– Моя мать? – Изабелла покачала головой.
– Твоя мать была глубоко замешана в заговоре с целью взорвать здание парламента и убить большинство его членов, включая премьер-министра, а также твоего отца и моего отца.
Изабелла все еще качала головой, но Лотар бесстрастно продолжал, наблюдая за ней золотистыми леопардовыми глазами:
– Именно она напрямую виновна в смерти ее собственного отца, твоего деда, полковника Блэйна Малкомса. Она была сообщницей Мозеса Гамы, который теперь отбывает пожизненное заключение за терроризм и убийство, и если бы она не сбежала, то, скорее всего, сейчас тоже сидела бы в тюрьме.
– Нет, – тихо произнесла Изабелла. – Я в это не верю.
Она была изумлена и испугана произошедшей в Лотаре переменой. Несколько минут назад он был так мил и мягок, а теперь стал тверд и жесток, он ранил ее словами, продолжая:
– Например, знаешь ли ты, что твоя мать и Мозес Гама были любовниками и что она родила от него сына? Твой единоутробный брат такого приятного кофейного цвета!
– Нет! – отшатнулась от него Изабелла, встряхивая головой. – Откуда ты все это знаешь?
– Из письменного признания Мозеса Гамы, его личного признания. Я могу устроить, чтобы ты взглянула на копию, но в этом, вообще-то, нет особой необходимости. Ты почти наверняка встретишься со своим незаконнорожденным единоутробным братцем в Лондоне. Он живет там с твоей матерью. Его зовут Бенджамин Африка.
Изабелла вскочила и унесла свою тарелку в кухонный уголок. Она выбросила еду в мусорное ведро и, не оглядываясь, спросила:
– Зачем ты мне все это рассказываешь?
– Чтобы ты осознала свой долг.
– Не понимаю. – Она все еще не смотрела на него.
– Мы полагаем, что твоя мать и ее сообщники задумали некое насильственное действие против этой страны. Мы не знаем точно, что это такое. Любая информация об их деятельности была бы бесценна.
Изабелла медленно повернулась и потрясенно посмотрела на него. Ее лицо выглядело очень бледным.
– Ты хочешь, чтобы я шпионила за родной матерью?
– Нам просто хотелось бы знать имена людей, которых ты встретишь в ее компании, пока будешь в Лондоне…
Изабелла не слушала. Она перебила его:
– Ты все это спланировал заранее. Ты выбрал меня не потому, что счел привлекательной, милой или желанной. Ты намеренно решил соблазнить меня, только ради этого.
– Ты прекрасна, а не просто привлекательна. Ты великолепна, а не мила, – ответил Лотар.
– А ты выродок, безжалостный, бессердечный выродок!
Лотар встал и отошел к двери, рядом с которой висела его одежда.
– Что ты собираешься делать? – резко спросила Изабелла.
– Да просто одеться и уйти, – сказал он.
– Почему?
– Ты назвала меня выродком.
– Ты такой и есть. – Глаза Изабеллы заблестели от слез. – Неотразимый выродок! Не уходи, Лотар, пожалуйста, не уходи.
Изабелла испытала огромное облегчение, когда отец сказал ей, что не сможет полететь в Лондон с ней и Майклом. Встреча с матерью после стольких лет, да еще после того, что рассказал ей Лотар, и так должна была стать очень трудной, а отец лишь добавил бы сложности и спутал бы ее чувства. Вообще-то, она предпочла бы отказаться от поездки. Ей хотелось быть рядом с Лотаром, но как раз он и настаивал на путешествии.
– Я все равно вернусь в Йоханнесбург, так что мы не сможем часто встречаться, – сказал он ей. – И, кроме того, у тебя есть долг, и ты дала мне слово.
– Я знаю, что папа может дать мне работу по связям с общественностью в компании в Йоханнесбурге. Я могу снять квартиру, и тогда мы сможем видеться часто, по-настоящему часто!
