Рассмотрим данный феномен более подробно, в частности, с точки зрения смежных с модальностью категориальных функций вида и временнóй отнесённости. Предложение Гости могут / должны приехать сегодня ребёнок шести-семи лет понимает только в смысле корневой модальности мочь и, соответственно, долженствовать – возможности и обязанности. Предположение или уверенность родителей, что гости приедут, то есть отнесение сказуемого к сфере говорящего, а не субъекта действия, остаются пока за пределами его языкового сознания. Поскольку глаголы, обозначающие прибытие, как правило, выражают завершённость в сочетании с вовлечённостью события в новое пространство, их модальное значение в форме будущего времени не меняет временнóй и видовой перспективы. Поэтому к 12–14 годам ребёнок просто добавляет к имеющемуся у него инвентарю знаний о значении модального сигнала новую функцию, в результате чего интерпретация приведённого выше примера становится расщеплённой и зависит от контекста. В обоих случаях, однако, совершенный вид глагола, выражающий завершённость действия, сочетается с его направленностью в будущее.
Если же модальный сигнал сочетается с глаголом, который потенциально может выражать как длительный, так и завершённый процесс, то от того, как прочитывается модальный глагол или его эквивалент (модальный предикатив), зависит и временнáя, и видовая функция. Предложение, адресованное ребёнку шести-семилетнего возраста: Твоя курточка должна висеть в шкафу, воспринимается им как указание, что он должен повесить курточку в шкаф, что её место в шкафу, а не, скажем, на спинке стула. Понять его как предположение родителей, что курточка, по-видимому, висит в шкафу, он в этом возрасте (по крайней мере, самостоятельно) не в состоянии. В возрасте около 12 лет (то есть достаточно поздно, учитывая что к этому возрасту ребёнок владеет языком практически как взрослый) он без языкового или ситуативного контекста уже не может с точностью знать, о чём речь. Если прочтение модального сигнала – «корневое», то предложение имеет значение завершённости в будущем: куртку следует повесить в шкаф, в момент речи она находится вне шкафа. При эпистемическом прочтении куртка уже сейчас висит в шкафу (если, конечно, предположение соответствует действительности, так как эпистемическая функция модального сигнала исключает простую констатацию факта). При этом глагол выражает не завершённое действие, а длительное состояние. В подобных случаях действует «правило Вернера Абрахама», согласно которому деонтическая («корневая») модальность предполагает завершённость и направленность в будущее (в случае форм настоящего времени), тогда как эпистемическая модальность сочетается с длительностью и относится к настоящему (ср. Abraham/Leiss 2008: XII – XIII), ср. англ. Pete must die. ‘Пётр должен умереть.’ vs. Pete must be dying. ‘Пётр, должно быть / по-видимому / вероятно, умирает.’ Этот пример из английского языка наглядно показывает тó, что в других языках является скрытой грамматической функцией, выявляемой лишь косвенным путём.
