Она попыталась объяснить, что провела детство и юность в уединении и в безопасности в своем маленьком городе, покидая Истон гораздо реже, чем Бенджи может представить. Селеста знает, что можно подумать, будто Брюс и Карен пытались защитить Селесту от злобы большого мира, но на самом деле у ее родителей просто не было денег на то, чтобы исследовать мир за пределами их уютного уголка. У них не было родственников в Дулуте или Сент-Луисе, которых они могли бы навещать, а когда Селеста в шестом классе пришла домой и попросила родителей свозить ее в Дисней Уорлд, Брюс организовал экскурсию в парк развлечений «Шесть флагов» в Нью-Джерси. Во время весенних каникул, когда все студенты Университета Майами в Огайо ехали во Флориду или на Багамы, Селеста садилась на автобус до Истона. В последний год бакалавриата она не ездила в другую страну по обмену. После учебы она сразу переехала в Нью-Йорк, устроилась в зоопарк и жила простой жизнью до самой встречи с Бенджи. Когда бы она успела побывать на борту самолета?
Селеста так боится опоздать на рейс, что решает отказаться от поездки на общественном транспорте и заказывает «Убер» прямо из зоопарка. Такси обходится в сто два доллара. Селеста игнорирует тугой узел страха, возникающий у нее в животе, когда она добавляет это число к длинному списку других трат, которые возникли из-за поездки на Нантакет. Ей требовалось полностью обновить летний гардероб — она взяла два купальника, пляжное платье, три летних платья на вечер, шорты, шлепки и соломенную сумку. Ей нужно было сходить на педикюр и в парикмахерскую, а также купить крем от загара и подарок для хозяйки дома.
— Что можно подарить женщине, у которой есть буквально все на свете? — спросила Селеста у Мерритт.
— Привези ей бутылку очень хорошего оливкового масла, — ответила та. — Это необычнее, чем вино.
Селеста купила бутылку оливкового масла бренда «Дин и ДеЛука» за сорок два доллара (Селеста ужаснулась, когда увидела ценник). Перевозка бутылки на Нантакет в багажном отделении стоила ей еще двадцать пять долларов.
Селеста проходит предполетный досмотр в аэропорту — душераздирающий опыт, ведь ей приходится разуться перед незнакомцами и выложить всем на обозрение все свои туалетные принадлежности, купленные в аптеке и уложенные в прозрачную пластиковую косметичку. Женщина, стоящая позади Селесты, указывает на ее гель для умывания марки «Ноксзема»:
— Я думала, такое не производят с восьмидесятых.
Селеста уже идет к выходу на посадку, когда ей приходит сообщение от Бенджи:
Авария на 55-й улице, весь центр стоит, я опоздаю. Лети одна, встретимся завтра.
Селеста останавливается, перечитывает сообщение и пишет в ответ:
Я подожду тебя, и мы завтра улетим вместе.
Но затем она представляет, что зря проделала весь этот путь и завтра ей предстоит заново повторить всю процедуру, а перед этим еще забрать сумку, доехать на такси до Манхэттена, забронировать новые билеты на пятницу.
Просто лети сегодня. Пожалуйста. Все будет хорошо. Шутер о тебе позаботится.
Когда Селеста приближается к выходу на посадку, ей широко улыбается мужчина в джинсах и белой льняной футболке.
— Ты столь же симпатичная, как он описывал. — Мужчина протягивает ей руку. — Меня зовут Шутер Аксли.
— Селеста, — представляется она. — Отис.
Селеста пожимает руку Шутера, стараясь справиться с эмоциями, бурлящими у нее внутри. Еще десять секунд назад мысль о том, что придется в одиночестве лететь на Нантакет и провести там целую ночь и полдня без Бенджи, приводила ее в уныние. Теперь же ее внутренности пикируют и порхают, словно воздушный змей на ветру. Шутер… ну,