Светящиеся гирлянды украшали эту унылую площадь, а где-то нелепо играла веселая музыка. Все было прямо как во время приезда Морфея, только в этот раз на лицах людей был страх.
Рейна непроизвольно посмотрела на леса, на которых они сидели с Розой. Она почти надеялась увидеть девочку там, но там были люди, державшие табличку со словами «Почему вы убиваете наших детей?».
Демонстранты были окружены пятью подозрительными БойБотами, из-за которых они не осмеливались на что-то большее, чем просто держать транспарант.
Рейне казалось, что она сто лет не была в Сером округе. Стало холоднее, точно холоднее, чем в Авентине, и осень уже вышла на серые улицы города. Она была рада, что у нее была такая роскошь, как теплое пальто.
Тракс повел ее к наземному планеру, который должен был довезти ее до следующего пункта назначения. Часовые следили за дорогой, а дроны патрулировали улицы. Стекло, которое отделяло ее от Серого округа, было особенным и пуленепробиваемым, как объяснил ей Найф, но Рейна была уверена, что предпринято еще бесчисленное количество других мер безопасности.
Они проезжали мимо рядов из серых домов. На некоторых из них были нарисованы яркие маски с шипами, под которыми было написано
Дроны-уборщики постоянно чистили стены, но очевидно, что они были не такими быстрыми, как те, кто рисовал эти картины.
– Здесь так… уныло. – Дафна выглядела странно неуместно в своем зеленом платье, пурпурной шубе и с гигантскими бабочками в волосах.
Она не должна была носить здесь свою форму представителя, которую она постоянно надевала в Авентине. Когда Рейна спросила у нее об этом, она сказала: «Я еду не в качестве представителя» – и разрыдалась.
– Ну, должен с тобой согласиться. Этот округ абсолютно оправдывает свое название, – заметил Бишоп. – Куда ни посмотри, все серое.
– Я знала, что трущобы выглядят бедно, но это… Сюда нужно послать маляров.
– Слово «трущобы» звучит некорректно в данном случае, – поправил ее Бишоп.
– Ой, правда? – огрызнулась Дафна.
– Трущобы – это забытый район, перенаселенный бедными жителями. – Он нажал на что-то на очках, но, прежде чем он смог продолжить свои объяснения, Дафна прервала его:
– Ну и что тут некорректного? Здесь нет культуры, нет искусства, нет красоты. Здесь нет ничего, что может скрасить человеческую жизнь. Неудивительно, что местные сходят с ума…
Бишоп явно очень старался контролировать себя, чтобы не начать громко возражать. В какой-то момент он выглядел так, будто с радостью швырнул бы в лицо Дафны гигантских бабочек с ее головы, но он, как всегда, отлично справлялся с этим желанием.
– Райана, сначала ты должна будешь принять несколько подарков, – он махнул дронам-камерам, которые должны были сопровождать Рейну в Сером округе. Скорого здесь не было, но он наблюдал за происходящим сквозь черные глаза своих камер, что было, конечно, намного более безопасно.
– Подарки? – повторила Рейна.
Что же такого могли подарить ей местные жители, если у нее было все, что нужно?
– Нам нужно несколько фотографий, чтобы показать доброжелательность местных людей. Нам нужно доказать Авентину, что большинство жителей округа верны Благословенным. В знак благодарности ты раздашь им коробки с гуманитарной помощью.
– Я не собираюсь выходить на улицу, – сказала Дафна. – Кто знает, какие преступники у вас тут обитают, – она скрестила руки на груди.
– Не бойся, у нас есть часовые и БойБоты. – Бишоп вытолкнул ее из планера.
– Как Тиберий мог поступить со мной вот так… Что я сделала плохого?..
– Ты сломала руку, – цинично ответил ей Бишоп.
– Это какие-то слухи? А ну рассказывай, что ты знаешь! Он собирается искать мне замену?!
– Ты была не первой. Незаменимых не бывает.
– Тиберий не такой! Он никогда… Он ценит меня! – Дафна пыталась успокоить этими словами прежде всего себя. – Я снова здорова! Только посмотри!
Она подняла руки в воздух, пытаясь скрыть свою боль, справляться с которой у нее получалось очень посредственно. Даже если переломы и раны были обработаны, было видно, что ее пальцы немного изогнуты. Неудивительно. Каждая кость ее руки была сломана после того, как на нее упал камень. Даже если ее кожа была покрыта золотыми татуировками, шрамы все еще были заметны.
– Ну ладно. Пойдемте уже, – сказала она, собравшись с духом. – Я докажу ему, что я не изменилась. Я все еще его представительница. Он не может просто так списать меня со счетов. – Она энергично вышла на улицу вслед за Рейной и Бишопом. Чтобы все видели, на них были золотые пояса с надписью «Посол доброй воли», выглядевшие смехотворно.
К счастью, спустя пару минут буквы покрылись серым слоем пыли и стали абсолютно нечитаемыми.
