– Не так я представлял себе жизнь часового, – бормотал Грамп, следовавший за ними. На нем был широкий плащ, скрывавший его форму и оружие. – Все начинают тебя ненавидеть. Боюсь выйти из дома безоружным. Надеюсь, я здесь не останусь.
Ларк ничего не сказал ему в ответ.
– Они должны взять нас с тобой в Черный Панцирь. Не хочу умереть в пепле. – Эта мысль явно не давала Грампу покоя. Он посмотрел на свой браслет, на котором горела цифра тридцать четыре.
Ларку не нужно было смотреть на свой, чтобы знать, что у него было всего двадцать три очка, но он отбросил все свои заботы.
Часовые, Шипы… Все это было неважно. Он потерял Хейл.
– Там Хейл, – внезапно сказала Роза, и она на самом деле была там.
Голубой портрет украшал одинокую каменную стену: девочка, грустно улыбаясь, смотрела на них сверху вниз.
«
«
Ларк разозлился. У Шипов не было никакого права использовать смерть Хейл в своих целях.
Он бросился к картине, пытаясь стереть слова рукавом своего пальто.
– Ларк?
Он не слышал, что говорила его сестра, но продолжал вытирать стену.
Его Хейл не должна стать причиной разжигания ненависти. Она была выше этого. Выше, чем все это безумие. Его глаза застлали слезы, а рана в сердце пожирала его изнутри.
– Ларк, прекращай. – Грамп попытался оттащить его от стены, но тот защищался руками и ногами.
Чертов Авентин! Почему им нужно было сбросить бомбы на округ? Тем более на школу. Почему на школу? Эти чертовы Шипы. Он их ненавидел. Ненавидел их всех.
– Ларк, успокойся, – шептала Роза.
Только сейчас он понял, что он кричал. Что этот злой и отчаянный крик принадлежал ему.
– Они должны оставить ее в покое! – кричал он, но краска не хотела стираться. – Почему она умерла? Почему она?!
Грамп затащил Ларка в переулок, где он, рыдая, упал на землю.
– Верните мне ее! – кричал он, съежившись.
Боль. Он чувствовал себя хуже, чем когда-либо.
– Возвращайся, Хейл.
Роза смотрела на него так, будто видела перед собой привидение. Он попытался собраться, но его слезы не переставали течь.
– Все хорошо, – прошептала Роза, прижимаясь к нему.
Все было плохо. Обломки его мира лежали у его ног, и он не знал, как соединить их снова.
– Я тоже по ней скучаю.
Воспоминания о Хейл всплывали в его мыслях, но они были слишком болезненными. Он не мог вынести их появления. Ее сияющих глаз и ямочек на щеках.
– Я… эмм… позову дрона-уборщика, если ты хочешь, – бормотал Грамп. – Они смоют все это, так что… эмм… не переживай.
– Это очень мило с твоей стороны, – сказала Роза, положив голову брата на колени.
Когда Грамп потянулся за рацией, она шепнула на ухо Ларку:
– Все будет хорошо, братик. Я за тобой присмотрю.
Сердце Рейны стучало, когда она придавила нос к стеклу. Ничего не было видно, кроме густых серых облаков, которые окружали планер. Серый округ.
Ее руки сомкнулись на браслете матери и дождевом камне. Ей казалось, что она возвращается домой, хотя и не знала, где ее настоящий дом.
– Я действительно в ужасе, – в очередной раз сказала Дафна. – Просто в шоке!
Она поспешила в ванную комнату, сопровождаемая приступами удушья, снося все на своем пути и непрерывно ругаясь. Рейна не могла понять, было ли это из-за ее нелюбви к перелетам или из-за общего впечатления от ситуации.
После того как Тиберий попросил ее сопровождать Рейну, она упала в обморок. В буквальном смысле этого слова. Она восприняла это задание как наказание, хотя Тиберий и объяснил, что доверит защиту своей дочери только ей.
– Меня обесценили… – бормотала она в ванной. – Эта чертова рука! Почему именно я ее сломала? Представитель со сломанной рукой. Как только я могла подумать, что справлюсь с этим…
Она с самого начала полета была склонна к очевидно беспочвенным истерикам, разговаривала сама с собой, будто во время взрыва повредила не только руку.
– Это твое, не так ли? – Найф незаметно подошел к Рейне. – Примитивно, но лучше, чем ничего.
Он протянул руку и отдал ей серебристую палочку.
Стинг.
– Откуда он у тебя?! – Рейна взяла его в руки и почувствовала, как прежняя уверенность вселяется в нее.
– Ты меня этим ударила, уже забыла?
– Нет.
– Я сам виноват, я тебя недооценивал. – Его неловкая улыбка придавала ему беззаботности, и он выглядел моложе. – Но я больше не буду так ошибаться!
Рейна взяла Стинг, чтобы лучше его рассмотреть. Ручка была новой, и каркас блестел гораздо сильнее, чем раньше.
– Я его усовершенствовал, – объяснил Найф. – Теперь ему нужно меньше времени, чтобы зарядиться.
– Спасибо! – Рейна не знала, что еще сказать; Найф довольно кивал.
Андромеда была права: он правда хорошо выглядел, особенно когда улыбался.
– Ты должна уметь за себя постоять, ты ведь теперь графиня Серого округа.
Да, это была она. Хотя она еще не верила в это.
Площадь была довольно пустой, когда они приземлились. Большинство людей были одеты в серую униформу. В середине стояли несколько местных жителей, окруженных огромным количеством часовых.
