- Именно по этой причине мы хотим как минимум в курсе быть, - ответил я. - А вы собираетесь лишить нас этой возможности, оградить от внешнего мира дурацкими фильтрами Академии? Если держать нас в тепличных условиях, как мы потом будем сами действовать, когда закончим учебу?
- Вот закончите сперва, а потом рассуждайте, - вспыхнула куратор.
Страница новостей на экране комма обновилась, замелькали новые заголовки. Я потянулся посмотреть, чем они удивят нас на этот раз, и замер статуей рядом с остальными ребятами. Новости появлялись одна за другой, едва успевая целиком влезть на экран.
«Спланированное нападение или случайность? Датчики ПВО Земли зашкаливают: поступает информация о взрывах на поверхности планеты!».
«Сейсмографы фиксируют толчки в районе Йеллоустоуна. По тревоге подняты все аварийные службы».
«Новые землетрясения по старому разлому! Уничтожены фабрики по добыче и обработке руды в Нью Мексико. Сейсмическая активность распространяется на север!»
«Верхние Города на территории старых США под угрозой? Официальные представители властей не дают комментарии!»
«Дрожь основания Верхнего Нью-Йорка привела к повреждению автомагистралей. Гражданам настоятельно рекомендуют не покидать свои дома и ждать помощи!»
«Голограмма Статуи Свободы отключена из-за неполадок с подачей энергии. Угрожает ли сейсмическая активность Верхним Городам на восточном побережье?»
И дальше, дальше, без конца и края, сыпались и сыпались на нас из Сети страшные, полные непонимания и паники заголовки новостей.
Экран светился в полной тишине. Первым опомнился Джерри, ставший от ужаса цветом не ярче, чем наша форма. Челюсть его запрыгала, глаза заметались по комнате.
- Как это — Верхние Города под угрозой? - тоньше самого крохотного из первокурсников пропищал он. - Там же мои Ма и Па, в Нью-Йорке!
Я встал, тело двигалось быстрее, чем успевали мысли. Выпрямившись, я убедился, что взгляды всех студентов оторвались от экрана и обратились ко мне.
- У кого там родственники — пишите, звоните, узнавайте, - приказал я максимально сухим, беспристрастным тоном. - Живо! Не поднимайте панику, сейчас все начнут психовать, Сеть будет перегружена. Ответ может прийти с большой задержкой. Чей это комм, с которого все читают? Нужно продолжать быть хотя бы в курсе новостей. Я свой достану, а ты забирай, пиши родственникам.
Меня слушались. Я пытался добавить в голос как можно больше уверенности. Больше спокойствия. Под моим взглядом ребята зашевелились, пришли в себя хоть немного.
Поставив свой комм на место предыдущего, я почувствовал робкое прикосновение. Мелкий подергал меня за куртку комбеза и отошел на полшага.
- А Вы, сэр, не хотите с родственниками связаться? - спросил он отчего-то шепотом. - У вас никого нет в Верхних Городах Земли? Или вы не оттуда?
Я мимоходом удивился обращению на «вы» и ответил:
- Никого. Я с Земли, но с Нижней. И родственников у меня нет совсем.
Сказал и задумался, чувствуя, что предательский холодок страха пробрался и в мой позвоночник, протягивая ледяные скользкие пальцы к желудку. Где-то там, внизу, осталась моя тетка. Та, кого я никогда в жизни не любил и почти не вспоминал после побега. Та, кому я считал себя обязанным за относительно сытое детство, пусть безрадостное, как у любого там, внизу, но не беспризорное.
Та, о ком я начал сейчас волноваться, пусть совсем слегка, не сильней, чем за джерриных Ма и Па, но действительно начал.
А еще на Земле могла быть Лола. Как никак, после детдома ее усыновил кто-то с юга, а на юге творился полнейший ужас. Пожалуй, о Лоле я волновался куда больше, чем о тетке, хотя столько лет спустя не мог быть уверен, что наше общее прошлое сохранило хоть какое-то значение.
Оставив комм в столовой, я вышел в коридор, растерянно помахивая полотенцем. Подсохшие волосы лезли в лицо, полы куртки хлопали по бокам при ходьбе. Как при такой абсолютной внешней несобранности мне удалось поселить в ребят уверенность? Ладно хоть здесь, в коридоре, не было нужды сохранять непоколебимость внешнего вида.
Слоняясь без цели по коридору, я старался дышать ровно, как во время тренировки, отслеживая все реакции собственного тела. Мурашки, попробовавшие было пройтись по спине, исчезли. Липкие пальцы страха отпустили. Знакомое горьковатое раздражение быстро вытеснило растерянность. Я кинул полотенце в бак для стирки в первом попавшемся на пути туалете, засгенул под горло куртку и наскоро собрал волосы. Если уж из здравомыслящих людей остался один я, нужно хотя бы хорошо играть эту роль, черт возьми!
Вернувшись в столовую, я подозвал к себе Джерри. Он строчил письмо Ма и Па, беззаботно жуя что-то с тарелки.
- Судя по твоей довольной морде, с ними все в порядке, - сказал я не без облегчения, когда он подошел.
- Да, их дом тряхнуло, потом отрубилось электричество, но уже все восстановили, - ответил он. - Дрожь там, внизу, кончилась, больше никто не пострадает!
- Уверен? Хорошо. Эй, ребята, все достучались до своих?
