Адам постарался подобраться к зданию со стороны самого ближнего дома, хотя понимал, что это вряд ли что-то изменит, если Марк или сестры внутри и ждут беглецов. Он оказывался слишком открытым. Когда они заметили здание, не меньше получаса они изучали окрестности, прислушивались, даже сменили несколько точек обзора, благодаря чему увидели звезду на правой «ножке» буквы «П». И все же Адама не покидало ощущение, что враги поблизости. Адам предложил Диане остаться с сестрами, вылазку сделать одному. Диане это не понравилось, но она согласилась, знала, что Адам будет настаивать. Они рисковали и так, и эдак, но разумней Адаму показалось ввязаться во что-то одному. Так он легче выпутается.
Нос лодки мягко ткнулся в стену. Адам замер, прислушался. Тихо, если не считать приглушенного, монотонного плеска воды с другой стороны здания, во внутренней части проема буквы «П». Ближайший оконный проем наполовину под водой, и Адам без проблем ввел лодку внутрь. В наполовину затопленном помещении плавали полусгнившие шкафы. Адам спрятал лодку за ними – теперь, если мельком заглянуть сюда снаружи, лодку рассмотреть трудно.
Выдержав непродолжительную паузу, Адам выбрался на первый надводный этаж, двинулся наверх. В этом здании помещения отличались от предыдущих – до катастрофы люди здесь не жили, как в квартирах, всюду тянулись офисы, конференц-залы, просторные холлы, вестибюли, другие комнаты, предназначения которых Адам не знал. Он спешил, надеясь, что тайник и все, что оставил отец, находятся на предпоследнем или последнем этаже – или в той самой «вертикальной перекладине», – и он пропускал значительное количество помещений, исследуя то, что оказывалось в поле зрения возле лестничных проемов. Он так же не забывал, что здание «двойное», и тайник может оказаться в соседней части «П», своеобразной башне-близнеце.
Одолев где-то половину надводной части здания, Адам решил обозреть окрестности, прошел к окну. Он выяснил, что окна с этой стороны выходят на юг, сместился туда, откуда мог видеть северное и восточное направление. Дневной свет блек, но видимость еще была нормальной. Несколько минут Адам всматривался в небольшие пространства между выступающих из воды высоток. Ничего. Он пошел дальше.
Предпоследний этаж. Адам вошел в первое помещение от лестничного пролета, остановился. Громадный холл тянулся в обе стороны от входа. Здесь в отличие от нижних этажей были видны следы давнего обрушения «верхушки»: трещины в потолке, на стенах, треснувшие рамы окон, слой пыли и грязи, обломки на полу. Адам помедлил, прислушался к тишине и к чему-то внутри себя. Нечто тянуло его наверх, да, скорее всего там. Что-то ждет его на самом верху.
Адам вернулся к лестничному пролету, прошел с десяток ступеней наверх, замер.
На стене сверкала красной краской шестиконечная звезда.
Да, он ждал ее. След… отца?
Адам приблизился, замер, разглядывая поблекшую краску. Непроизвольно он принюхался, как если бы мог еще уловить запах отца, хотя понимал, что прошли годы с тех пор, как тот был здесь. Если это был он.
Но кто, если не Иван?
Адам пошел дальше. Пока он не нашел никакого тайника, хотя и обследовал далеко не все помещения, но был убежден, если здесь есть некий склад из прошлого, он сразу попадет в поле зрения вошедшего, иначе зачем его прятать? Конечно, уверенности в том, что отец – даже будь он здесь в прошлом – что-то оставил, не было. Но интуиция утверждала, что наверху что-то есть.
Лестничный пролет резко закончился. Выход на этаж остался, но лестницу похоронил обвал. Адам прошел внутрь этажа. Следы обрушения были отчетливей, больше обломков, трещин, мусора, в нескольких местах на потолке зияли отверстия, узкие, как амбразуры. Адам пошел в сторону горизонтального перехода, пропуская помещения, некоторые закрытые, но большинство без дверей. Ему хотелось остановиться, совершить обзор, когда попадались окна, но он заставил себя спешить. Крепло беспокойство за Диану и сестер. Казалось, он оставил их так давно и все бродит здесь, в этом пустом гигантском доме.
Вход в горизонтальный переход между высотками частично был завален обломками, но в одиночку человек мог протиснуться. Адам остановился. По другую сторону были мощные двойные двери, и они выглядели целыми. Узкий луч света протискивался сквозь брешь в неровном потолке, как если бы указывал пришельцу способ пройти дальше.
Адам прошел. Так и есть: он мог запереть двери изнутри. Помедлив, Адам принюхался, медленно пошел по переходу. По-видимому, в прошлом часть перехода была обзорной площадкой, часть занимали какие-то помещения, некоторые пустые, другие в обломках, с остатками покореженной мебели. Адам бросал беглые взгляды внутрь этих помещений, но его влекло к середине – что-то притягивало его внимание. И все же он замер, глядя в широкое окно, заляпанное потеками, тусклое, но позволявшее видеть то, что снаружи. Внезапно он осознал одну деталь, которая, удивительное дело, ускользала от его внимания все это время.
