После пробуждения в одной из красивых спален, куда меня наверняка перенес Кэллум, я искала его везде. Ноги сами привели меня в «Зал Правосудия», так как это место по-прежнему кажется мне самым безопасным в огромном особняке. Здесь надзор Идола ощущается круглосуточно, хотя он и так присутствует почти повсюду. Не знаю почему, но мне кажется, что с самого начала шоу он защищает меня. Оберегает и ведет. Мне не может все так легко сходить с рук «просто так». Должна быть причина.
Почему я до сих пор жива, когда половина участников погибли или исчезли? Как, будучи такой «везучей» по жизни, я могу все еще находиться в игре? Если Идол – это не Кэллум, то кому я нужна живой?
В последнее время я чувствую себя странно. Словно пробуждаюсь от долгого сна и, проходя через тяжелые испытания, словно заново собираю свою безликую личность.
Я пришла сюда бесхарактерной тряпкой. Здесь, в этом Богом забытом месте, я обретаю опору и возвращаюсь к себе настоящей, как бы странно это ни звучало.
Идол был прав, когда создавал слоган шоу: «Здесь ты снова почувствуешь себя живой». Даже если происходящее больше напоминает мне сюрреалистичный бред сумасшедшего или съемочную площадку таких фильмов как «Игра» или «Шоу Трумана», жизнь никогда прежде не ощущалась такой полной, насыщенной эмоциями и реальной.
Но что есть реальность? Вопрос преследует меня как тень, от которой невозможно убежать. Я провожу пальцами по прохладному стеклу, отделяющему меня от этого совершенного пейзажа. Может, и стекло, и море, и остров – лишь конструкции моего воображения?
Реальность должна иметь изъяны, шероховатости, несовершенства. А здесь… здесь каждый закат словно нарисован талантливым художником, каждый шелест волн звучит как идеально настроенный инструмент. Это место похоже на золотую клетку. На изысканную тюрьму для разума.
Иногда мне кажется, что я блуждаю по лабиринтам собственного сознания, потерявшись в коридорах забвения. Что если всё это – лишь сон? Что если, как в том фильме с Леонардо Ди Каприо, нужно просто… умереть, чтобы проснуться? Один шаг с утёса – и я узнаю правду. Одно мгновение падения – и реальность раскроется передо мной заново, и я очнусь в Нью-Йорке.
Я часто представляю, как делаю этот шаг. Даже тогда, стоя на крыше… я уже готова была сделать его. Представляю, как ветер подхватывает меня, как время замедляется, и в последний момент перед ударом о воду я…
Стоп. Черт, черт, черт. Может у меня просто депрессия? Это нехорошие мысли. Непростительные, непозволительные. Нет ничего в мире ценнее жизни, и, возможно, Идол просто поднимает во мне глубокие вопросы о смысле жизни и склоняет к тому, чтобы я всегда выбирала борьбу и жизнь. Даже когда все идет кувырком, хочется опустить руки и сдаться.
Мои родители сдались. Или им помогли это сделать. Их сердца перестали биться, и это так страшно – исчезнуть, не оставив ничего после себя, как будто тебя никогда не существовало.
Да, жизнь всегда продолжается в детях, но я пока и этого пункта в круге жизни не выполнила.
– Аврора? – я сразу узнаю голос Аарона, и он вырывает меня из размышлений. – Ты выглядишь так, словно улетела на другую планету.
Я поворачиваюсь к нему, выставляя вперед руку, и нервно озираюсь по сторонам. Думаю, нам точно не стоит переходить к любому физическому контакту, как в прошлый раз.
– Просто задумалась, – веду плечом я. – Я потеряла счет времени, счет испытаниям и голосованию. Такое чувство, что после последнего испытания его не было, – нахмурив брови, я пытаюсь вспомнить, получала ли я какое-либо уведомление на планшет. После первого секса в своей жизни я до сих пор пребываю в состоянии аффекта и эйфории и чувствую себя немного одурманенной и опьяненной эмоциями.
И уже молчу о том, что скучаю по объятиям Кэллума и жутко хочу упасть в них как можно скорее.
– Двое из участников снова погибли во время испытаний, – ровным тоном поясняет Аарон, словно говорит о погоде. – Я так понимаю, создатели шоу не хотят такого быстрого финала, поэтому решили иногда лишать нас этой экзекуции с публичными спорами и стульями. Нас осталось не так много. Семь человек, кажется…
Поджимаю губы, осознавая, что это значит. Я, Кэллум, Аарон, Кира… Как бы ни складывались дальнейшие события, скоро мне придется либо умереть самой, либо пронаблюдать за их гибелью. У меня есть некая уверенность в своей неуязвимости и ощущение, что Идол оберегает меня, но все может измениться в любой момент.
– Что с ними произошло? Какое испытание было у тебя?