Собравшиеся облегченно вздыхали. Мелинда подошла ко мне. Барроу тоже приблизился. Хейден по-прежнему семенил за ним.
— Ну что, все идет как планировали? — спросила Мелинда.
— Да, хотя и в меньшем масштабе. Продолжаем действовать сообразно плану.
Барроу кивнул в знак согласия.
— Вниманию всех! — крикнула Мелинда; головы присутствующих повернулись в ее сторону. — Если вы здесь, это означает одно из двух: или вы сами подготавливали эвакуацию, или знаете тех, кто работал с нами. Честно говоря, мы рассчитывали увидеть здесь большее число соратников. Надеюсь, остальные еще подтянутся. Те, кто не смог собраться под мостом, знают, где находится это место. Они доберутся самостоятельно… если сумеют.
Мой взгляд упал на молодую женщину, которую звали Мейзи. Она беззвучно плакала, вытирая слезы. Женщина постарше обнимала ее за плечи. Обеих я знал. С ними должны были приехать еще трое, если не больше. Возможно, те по каким-то причинам не сумели подойти в автобусу и появятся здесь позже.
Или не появятся уже никогда.
— Обустройство лагеря и налаживание жизни целиком зависит от нас, — продолжала Мелинда. — В каждом строении есть запас еды и предметов первой необходимости, но они ограниченны, а потому будьте экономны. Хочется надеяться, что, когда бомбежки и обстрелы прекратятся, мы сможем выбраться в город и пополнить наши запасы. Пока же давайте считать, что это все, чем мы располагаем на неопределенное время. Нужно научиться рациональному использованию того, что у нас есть.
Собравшиеся одобрительно кивали.
— Возможно, я говорю общеизвестные вещи, но в данный момент покидать пределы лагеря небезопасно. Город превратится в непредсказуемую территорию. Мы можем встретить там других уцелевших, но они будут воспринимать нас как врагов. Наша группа — не единственная, кто готовил эвакуацию. Мы слышали о других группах. Уверена, кто-то из них сумел выжить в сегодняшнем аду. Пока мы не знаем ни количества таких групп, ни мест, где они собирались обосноваться. Поэтому нужно соблюдать предельную осторожность. Доверять можно лишь тем, кого мы знаем.
Мелинда оглядела собравшихся. Вид у нее был крайне решительный. Перехватив мой взгляд, она кивнула, передавая эстафету мне. Я откашлялся и вышел вперед:
— Тем, кто сегодня потерял родных и близких, я выражаю свое искреннее соболезнование. Знаю: боль утраты слишком велика и сейчас нелегко думать о чем-то другом. Но мы должны сосредоточиться на собственном выживании. Мы заранее начали готовиться к этому дню, до последнего надеясь, что он не наступит. Увы, он наступил. Мы успели разработать план жизни в изменившихся условиях. Нужно лишь строго придерживаться этого плана, и у нас все получится.
Собравшиеся молчали. Несколько человек решительно кивали.
— Давайте не терять время попусту. Принимаемся за работу.
Мои слова подействовали. Люди разделились на группки и занялись обустройством лагеря. Все, что хранилось в здешних постройках, извлекалось наружу, пересматривалось и учитывалось с целью наиболее разумного и практичного использования. Мои помощники умело раздавали задания, приходя на помощь там, где нужно. Заброшенная поляна начинала обретать черты лагеря.
Мы трудились несколько часов: ставили палатки, разводили костры, распределяли предметы первой необходимости. Уничтожение города продолжалось. С той стороны доносились приглушенные расстоянием звуки бомбовых разрывов. Я попытался отвлечься от этой страшной музыки, занявшись инвентаризацией медикаментов, которые успел собрать в одном из здешних хранилищ.
К вечеру гул стих. Негромко шелестели листья. Неужели хаос этого дня окончился? Я позволил себе облегченно вздохнуть, надеясь, что повторения не будет.
Уже почти стемнело, когда к лагерю стали подходить первые уцелевшие. Я невольно улыбнулся, когда на поляну вышло человек двадцать. Их лица были мне знакомы. Изможденные, со следами крови, но живые.
В последующие часы на поляну выходили все новые и новые беженцы. К утру население лагеря выросло почти до пятисот человек, хотя мы рассчитывали, что нас окажется больше. Детей укладывали спать в самых вместительных палатках. Кое-кто, подобно Хейдену, за день стал круглым сиротой. Взрослые неустанно трудились, чтобы поскорее наладить жизнь в нашем новом сообществе.
Выжившие появлялись еще несколько дней. Затем их поток иссяк. Казалось, сюда добрались все, кто знал о лагере и сумел уцелеть после Крушения — так мы потом стали называть тот день. Лагерь преображался. Все, чьи прежние профессии были связаны с жизнеобеспечением, старались сделать нынешнюю жизнь более удобной. Имевшие опыт строителей стали возводить первые хижины. Разбиравшиеся в электричестве пытались наладить освещение в максимальном числе построек, что было делом непростым, учитывая наше ограниченное техническое оснащение. Нескольких человек поставили руководить учетом и распределением продуктов, и они самоотверженно старались накормить население лагеря, не выбиваясь из жестких продуктовых норм.
