– Молчи. Рану прижми. Больше пользы, – тяжёлыми вдохами из-за быстрого бега, но всё же прорвавшимся приказным тоном. Давление железа на ярёмную вену чуть ослабло, правда, трясущаяся рука просто скользнула вниз. И как она вообще не потеряла револьвер.
Через раскуроченную проволоку Рик пролезал, уже слыша, как воют где-то у ворот псы, чующие кровь. Чёрную в темноте Толлерорт дорожку от причала, по которой можно пройти, как по хлебным крошкам. Вся надежда только на то, что ублюдков займёт выпущенная в лодыжку пуля, что цолл не выйдут за пределы охраняемой территории. Вчера не вышли. Насыщенный железистый запах уже превращался в знакомый до тошноты вкус, капало с собственных пальцев. Срочно. Затянуть.
Он уже бежал по траве к парковке, когда тельце в руках начало наливаться тяжестью, обмякать. Позволив себе короткий взгляд, под светом первого фонаря Рик увидел неестественно синие губы и испарину на смуглой коже, первые признаки геморрагического шока. Льдом кольнуло у самого успешно выключенного рубильника: сейчас ей нужен не его страх, не этот ужас понимания, как близко она может быть к краю. А только действия, только его навыки.
Машина. Наконец-то. Впервые пожалел, что «Лоуренс» открывался исключительно ключом, пришлось бережно положить Лору на асфальт. Громкий щелчок пальцами у её носа, заставив открыть шире явно слипающиеся глаза.
– Не отключайся. Слышишь меня? Кивни, если да, – сам удивился, сколько понадобилось усилий, чтобы команды были чёткие, не выдавая, как голос хотел сорваться.
Как ему на самом деле страшно, что сейчас она уснёт и не проснётся.
– Они тут. Они рядом, – прошелестела она одними губами, пока Рик рывком отпирал машину, нещадно заляпывая ручку кровью. Вскинул голову на огни терминала и не увидел сигналов тревоги.
– Они не бегут за нами, иначе бы уже догнали. Видимо, заняты, успокаивая рабов и перематывая ногу того урода, – этот короткий вывод дал чуть-чуть больше воздуха сжатым лёгким. У них есть минуты, и их нужно использовать по максимуму. Выхвачена из бардачка аптечка, совсем нестандартный набор, включающий прописанные для его лопатки ампулы обезболивающего.
– Нет! – тонко проскулила Лора, замотав головой и собирая волосами грязь с парковки. – Нет, нет! Они тут! Они ждут меня…
Зажмурившись, она громко всхлипнула, застучала рукоятью револьвера по асфальту. Тук. Тук. Звуки какого-то пугающего безумия, отдавшие в его затылок. Упав перед ней на колени и раскрыв аптечку, Рик наконец смог взглянуть на её ногу. Мокрая одежда мешала, пришлось взять хирургические ножницы и подцепить край разорванной ткани.
– Не-е-е-т! – вдруг отчаянно дёрнулась Лора, пытаясь отползти, подтягиваясь на одних трясущихся руках, и Рик резким, рефлекторным жестом прижал её к асфальту.
– Лежи смирно! – треск, разрезая штаны вокруг раны, отозвался душераздирающим криком на всю парковку, криком абсолютной тьмы её широко раскрытых глаз:
– Не трогайте меня! Не смейте меня трогать! – вскинув руку, Лора пустым невидящим взглядом смотрела в ночное небо и щёлкала спуск срывающимися пальцами, разрезая тьму щелчками пустого барабана. – Отпустите меня!
Здоровая нога елозила, будто пытаясь пнуть. Рик едва не зарычал: нет времени на всё это, когда она вот-вот истечёт кровью! Сила рук не подвела, её хватило, чтобы открыть взгляду рану, быстро залить хлоргексамедом из аптечки. В висках стучало – трепыхания Лоры и её сиплые крики мешали, усиливали кровотечение. Жгут – это хорошо, но такой грубый, наспех замотанный – ненадолго. Если и впрямь задета артерия.
– Лора! Услышь меня! – склонился Рик над её покрытым испариной, но при этом быстро бледнеющим лицом, прервав новый вопль на полузвуке. – Если перебита артерия, я не довезу тебя до больницы. Ты умрёшь прямо сейчас, здесь, на этой грязной парковке. У тебя два выбора: сдохнуть или довериться мне. Ясно?!
Она слабо моргнула в ответ, застыв от резкости приказного тона. Коричные глаза смотрели на него в ужасе, как у побитого зверёныша, она даже тихо шипела в ответ. Но дёргать ногами перестала и опустила револьвер.
– Не трогай меня. Пожалуйста, не трогай, – зажмурившись, жалобно проскулила она, и впервые за всё знакомство Рику померещились слёзы, застрявшие в её горле.
– Всё хорошо. Просто не двигайся, и мы справимся, – перешёл он на более умиротворяющий тон, отрезая штанину до самого жгута, затянутого чуть ниже паховой складки. Выдох бескрайнего облегчения, когда наконец смог осмотреть рану целиком: – Кость не задета, выходное отверстие не больше входного, пуля ушла навылет и не «кувыркнулась» внутри, – он озвучивал хорошие факты, тщательно избегая дерьмового. Слишком много крови. Если бы не ремень, до машины бы донёс только остывающее тело.
В тысячный раз спасибо отцу за уроки от красного креста.
