Райан вряд ли намеренно выводил меня из себя, но рано или поздно всему должен был наступить предел. Тот самый, когда страх отходит на второй план, сознание отключается и уже плевать, умрешь ты, останешься жить или пострадаешь. Плевать, и точка. Только причинить как можно боли в ответ, забрать с собой все, до чего удастся дотянуться.
Это чувство было во сто крат сильнее, чем я когда-либо испытывала. Я и не подозревала, что могу двигаться с такой скоростью. Я врезалась в Райана с силой, ножки стула надломились, и мы полетели на пол. Я била с остервенением, вкладывая в каждый удар максимум усилий. От шока и дезориентации Райан не мог дать достойный отпор, он наугад отпихнул меня и не сразу понял, что ошибся.
Чувствуя запах свободы, я распахнула дверь комнаты и устремилась вниз по широкой, затянутой паутиной и плесенью, лестнице.
— Какая холодная, — Райан завелся мгновенно. — Даю хвост на отсечение, минут через десять ты будешь стонать подо мной совсем другим голоском.
— Нужно выяснить, найдется ли на кухне подходящий тесак.
Эта сцена словно проигрывалась в голове бессчетное количество раз. Я сжимала ржавый, но прочный нож, который нашла на полуразрушенной кухне, и надеялась, что успею добраться до выхода. Я совсем не представляла, как смогу им обороняться от взрослого разъяренного мужчины.
— Лилиа-а-а-ана-а-а. — Райан спускался по лестнице медленно.
Он не сомневался в своем превосходстве. Даже, наверное, забавлялся этой игре. Мышка решила сбежать от котика. Почти мило, почти забавно.
— Ну же, де-е-етка, что ты прячешься? Помнишь, как нам было хорошо? Я так по тебе скучал. Ты приласкала братиков, неужели обделишь вниманием меня?
О нет, не обделю. Дай только выбраться отсюда, дай хоть малейший шанс вырваться, я устрою тебе ад, Райан. За все, что ты сделал, за все, что не успел и за все, что хотел.
Я могла бы превратиться: нахлынувшие эмоции вполне позволяли, но не была уверена, что справлюсь с ним в обличье кархана. У Райана опыт, сила, а у меня — только призрачный шанс на спасение и хитрость. А еще надежда и новое чувство, образ мужчины, к которому я еще не привыкла. Но очень бы хотела.
Я прислушалась. Райан явно углубился в противоположную часть дома. Он справедливо решил, что я буду продвигаться к выходу, вот только забыл, что в лепрозории я ни разу не была. Что ж… или сейчас, или никогда.
Я сделала несколько глубоких вдохов и медленно прошла в смежное помещение.
— Знаешь, что я сделаю? — его голос звучал приглушенно, даже слишком. — Превращусь и найду тебя по запаху.
Райан вдруг рассмеялся, словно придумал крайне удачную шутку.
— Милая Лилиа-а-ана, а ты была когда-нибудь с карханом в зверином обличье? Я вот что-то очень захотел попробовать. Как считаешь?
Организм ответил тошнотой и дрожью.
Он будет превращаться несколько долгих секунд, а я получу шанс сбежать. Возможно… всего лишь возможно, но разве этого не стоит попытаться? Я рванулась было к выходу, как услышала низкий сдавленный рык и медленно обернулась.
Нет… этим карханом был не Райан, но я все равно испугалась до полусмерти — такое пламя полыхало в глазах зверя. Его темная шерсть топорщилась, острые зубы показались из пасти. Солнечный свет отражался от гладкой поверхности мощных витых рогов и бросал на стены озорных солнечных зайчиков. Таких нелепых.
— Динар… — побелевшими губами прошептала я.
Цеплялась за нож, как за спасительную соломинку, но что ржавая железка могла против мощи кархана некогда могущественной стаи?
— Динар…
Он медленно приближался. Я отступала, но бесконечно так продолжаться не могло. Наконец в один миг воздух словно дрогнул. Динар приготовился к прыжку и я зажмурилась, но вместо боли и удара почувствовала волну свежего лесного воздуха, а затем услышала оглушительный грохот. Часть стены обрушилась, обломки ударили Динара по спине, и тот замешкался, а когда снова рванулся ко мне, неведомая сила словно оттянула его. Комната наполнилась скулением и яростным рыком.
— Кендар, — прохрипела я, увидев знакомого черного кархана. — Кендар. Ты пришел.
Говорят, в такие моменты время замедляет свой ход, но в моем случае оно словно ускорилось. Я сделала глупость, за которую позже корила себя всеми правдами и неправдами. Вместо того, чтобы улучить момент и юркнуть наружу через проделанную Кендаром дыру, я отступила в проход. Буквально несколько роковых шагов, инстинктивно увеличить расстояние между сражающимися братьями и собой. Несколько шагов до скрипа досок, до утробного рыка и мощного удара, за которым последовала адская, ни с чем не сравнимая боль в плече.
Зубы Райана, казалось, прокусили руку насквозь. Горячая кровь затекла за ворот рубашки, окрасила белоснежное полотно в противный красный цвет. Мерзкий запах крови заставил меня закашляться, а глаза кархана горели все ярче и ярче. Неужели с ним мы выходили в зимний двор? Неужели этот мужчина рисовал мой портрет и угощал сладким ликером?
Я могла поверить в лицемерие. В предательство. Но в такое безумие, щедро сдобренное ненавистью, поверить было сложно.
