Вскоре Ризу стало не до этого – её пальцы забегали по его плечу, вызывая болезненные ощущения, затем резкий рывок и всё. Темнота.
*
Качало. Огнём горело плечо, но юноша сумел с этим справиться, отделив себя от боли. Следовательно, силы к нему вернулись. Он, не открывая глаза, провёл ладонью над больным местом. Мучения почти сразу закончились.
Солнце стояло высоко, слепя даже сквозь закрытые веки. Юноша прикрылся рукой, открывая глаза, и его взгляд снова поймал фигуру, державшуюся за мачту. Голова, покрытая, как у заправского матроса банданой с убранными под неё чёрными волосами, не по девичья, широкая спина, крепкий, насколько позволяли судить штаны, зад.
– Да что ж со мной такое? – выругал себя Риз. – Возьми уже себя в руки и перестань на неё пялиться. Ты женат.
Он закряхтел, скорее для того, чтобы обратить на себя внимание и пресечь тем самым возможность любования прелестями девицы.
– Очнулся? – обернулась Ксана.
– Кажется, да.
– Тогда перебирайся к рулю. Я замучалась через тебя прыгать. Это корыто не предназначено для двоих.
Риз сделал попытку передвинуться к корме – это было крайне сложно проделать с одной рукой. Левую он решил пока поберечь.
– Сейчас помогу. – девушка нависла над ним, собираясь взять его за подмышки.
– Я сам. – запротестовал Риз, но Ксана тут же это пресекла:
– Мне не нужно здесь твоего геройства. Ранен, так и веди себя, как раненый или иди к парусам. Не будь, как я не знаю кто.
Она упёрлась ногами в борта и с видимой лёгкостью переложила парня поближе к рулю. Риз испытал нечто вроде унижения – беспомощный мальчик и сильная девушка.
– Спасибо. – буркнул он, обиженно.
– Рули. – с долей издёвки отплатила ему Ксана, отвязывая весло. – Имей в виду – роль кормчего весьма почётна. Не всякому юнцу такое доверят. Тебе повезло.
Риз скрипнул зубами, но смолчал, пологая, что в данной ситуации следует подчиниться. Он ухватился за рукоять и глядя мимо неё, всматривался в даль.
– Вот и славно. – девушка вполне удовлетворилась его молчанием. – Вдвоём мы вскорости будем на месте. Ближе к полуночи, если ветер не сменится, причалим.
Часа два в лодке царила тишина, изредка нарушаемая Ксаной, отдававшей ему короткие приказания. Постепенно невесть откуда взявшаяся непонятная обида начала отпускать Риза и он захотел продолжить разговор.
– Откуда ты знаешь морское дело?
Девушка не сразу ответила. Видимо, и у неё родилось нечто вроде обиды на спасённого ею. Она пару минут ещё провозилась с канатами, но Ризу было видно, что это лишь уловка, чтобы не отвечать.
– Извини, если чем-то обидел. – выдавил он, ломая гордость.
– Ладно, проплыли мимо.
– Так откуда? – уже веселее переспросил маг.
– Меня с восьми лет учил приёмный отец. Он попал на остров задолго до моего рождения. Кораблекрушение. Он-то и учил меня. Эту лодку, кстати, построил он.
– А кто твоя мать?
– Мама умерла родами. Отец сказал – её нельзя было спасти.
– Прости, не знал. Но как же так, ведь твой отец бог? Почему он это допустил?
– Не знаю. Но когда он это рассказывал, то плакал, а у нас редко плачут.
– Почему? Вы что же, совсем не грустите?
– Почему, грустим. Когда кто-то умирает, мы несём свою скорбь к нашему отцу и он делает из неё золото и нам становиться легче. Когда мой приёмный отец умер, я всю ночь плакала, а на следующий день веселилась на празднике.
– Вы что там, совсем бесчувственные. Когда моя сестра умерла, я две недели ходил плакать на её могилу, а ты веселилась уже на следующий день, схоронив отца? Что, дьяволы раздери, у вас там происходит? И при чём здесь золото?
– В золоте всё зло и вся скорбь. Поэтому я и отвожу его подальше от острова, чтобы мы были счастливы.
– Понятно. – Риз стал догадываться, что поспешил с выводами насчёт мага-фокусника. Тут дело гораздо сложнее. – И значит, отвозите нам всё ваше дерьмо, а себе оставляете леденцы на палочках?
– Никто не заставляет вас брать его. Ты, например, не взял. Или взял бы?
– Мне не требуется золото, но другим…
– Тогда что ты о них печёшься? Кто они тебе?
– Интересно! Значит, одним всё хорошее, другим только грязь и мерзость? – взбеленился Риз. – Что ж это за бог такой?
– Если ты не замолчишь, я вышвырну тебя за борт. – с угрозой заявила Ксана, и судя по выражению её лица, юноша понял, что она не шутит.
– И что дальше? – он зло ухмыльнулся. – Придёшь к своему папочке и он накропает золотишко?
– Да хоть бы и так. – стиснув зубы, прорычала девица.
Риз отвернулся. Говорить что-либо дальше не имело смысла. Да и противно.
– Сдай правее. – приказала Ксана остывая.
Риз молча подчинился. А через час после захода солнца показался остров.
***
Крови было очень много, и часть из неё принадлежала ему. Удача в этот раз отвернулась от них.
