– Да. Сложнее всего было привыкнуть к отсутствию кофе, остальное здесь уже не так страшно.
– От страха толка нет… Только медведям все равно, боишься ты их, или нет.
– У меня есть, чем их угостить, – усмехнулся Фабрис. Он достал свои револьверы и продемонстрировал. – Сорок пятый калибр.
Стейнбъерн лишь усмехнулся.
– Если кто-то захочет здесь твоей смерти, уже ничего не поможет. Лучше тебе не соваться дальше на север, там земля лесных племен. Если Рулу предупреждает тебя, значит они для тебя опасны.
– Что за лесные племена?
– Кочевники. Раньше жили на озере, пока их оттуда не выгнали. Теперь живут в лесу. Рулу один из них. Тропа, по которой ты сейчас идешь, это их тропа, лучше здесь не ходить по тропам.
– Я иду к горам, думал, может тропа выведет меня в нужную сторону.
– Нужных сторон здесь нет. Зачем тебе в горы?
– Хочу осмотреть.
– Смотреть там нечего. За долиной духов никого нет, кроме смерти и камней.
– Как я понял, здесь куда не иди – везде смерть и камни, так какая разница. А что за долина духов?
– Если пойдешь дальше, увидишь. Всегда закрыта туманом. Для дикарей это святыня, так просто ты туда точно не зайдешь, они тебе не дадут. Скоро выйдешь к белой реке, иди вдоль нее, потом, как дойдешь до второго по счету ручья, который будет с востока, иди вдоль него на восток, он выведет тебя на каменную косу, там есть обход. Дикари там не ходят. По ручью иди по правой стороне, на левой есть старый алтарь, к алтарям тебе подходить нельзя. Я давно там никого не видал, но забытых богов здесь не бывает, желающий поклониться найдется всегда.
– Понял. А что насчет долины духов, она в той же стороне, где ручьи?
– Нет, она с запада. Где будет Утес, после ручья, нужно перейти белую реку и идти на северо-запад. Троп там нет. Но они и не пригодятся, живым ты там и пяти шагов не пройдешь.
– Понятно. Придется оставить духов в покое.
– Я видел, как ты вяжешь ленты на ветки, зачем?
– Просто, чтоб знать, что я здесь уже проходил…
– Лучше тут ничего от себя не оставлять, применение найдется всему. Если лес захочет, чтоб ты остался здесь навсегда, ничего не поможет.
– Да, я успел оценить.
– Что ты успел оценить?
– Несколько дней назад я пришел в лес без подарка, о котором Вы говорили, делал здесь исследования. Отошел на пару сотен шагов от тропы, потом стал возвращаться, но не нашел ее. Все вокруг как будто поменялось, как будто это уже был другой лес, не тот, по которому я пришел…
– И как вылез? Сам?
– Нет. Уже ночью встретил в лесу человека. Сам бы я точно не вышел.
Стейнбъерн посмотрел на Фабриса своими холодными глазами, через мгновение закрыл их и пробормотал про себя несколько слов. В деревне Фабрис часто встречал такие сцены – это была короткая молитва, которой люди благодарили небеса.
– Если не врешь, то можешь радоваться, – проговорил Стейнбъерн. Сам же он радостным не выглядел, напротив, вид его стал мрачным, глаза гневными. – Лес редко кого отпускает просто так, скорее даже никогда… А что был за человек?
– Девушка, из деревни.
– Девушка?
– Да. Как, я понял, она откуда-то возвращалась… Я услышал стук копыт, побежал на встречу… Должно быть лес решил дать мне второй шанс.
– Он не дает вторых шансов. Чтобы дать второй шанс нужно иметь слабость, а в нем ее нет. Если ты здесь пропал, то все, назад тут не возвращаются…. Ты что-то не договариваешь.
– Возможно.
– Со мной было такое. Давно. Я шел за оленем и в какой-то момент понял, как ты говоришь, что вокруг меня все не так, как должно быть. Я знал там каждое дерево, и все это вдруг исчезло, словно ничего никогда и не было… Четыре дня там ходил. Шел на юг, к белой реке, но не дошел, до холмов тоже не дошел, все делось черт знает куда, остались одни сосны.
– И как вышли?
– Я предложил лесу сделку. Сколько буду жить, буду вечно проклинать себя за это.
– Что-то случилось?
– Я не знаю, что случилось, но все стало не так… В тот же миг, как я предложил сделку, лес отпустил меня. Я просто обернулся и увидел горы, они стояли там, где и должны были стоять, хотя до этого я искал их все четыре дня и не видел. А вот жизнь на место не встала. Все превратилось черт знает во что.
– А что за сделку Вы предложили?
– Не важно.
Фабрис вгляделся в лицо Стейнбъерна – он был взволнован, губы его сжались. Было видно, что рассказанное им, осталось не только там, в далеком прошлом, оно все еще было и здесь, все еще продолжало терзать его и лишать покоя.
– Дело в том, я тоже предложил ему сделку, – негромко проговорил Фабрис.
– Сделку?
– Да. Как и Вы. Отчаялся я, правда, не на четвертый день, а уже в ту же ночь.
– И что ты пообещал?
– Точно не помню… я не придавал этому значения, просто нес разную чушь, чтоб как-то отвлечься. Похоже, проклинать себя до конца дней мы будем вместе.
– Лучше тебе вспомнить, что ты там наобещал. Знаешь, что случилось со мной?
– Вы не исполнили обещание?
– Да. Я знал, что лес все помнит, но мозгов у меня не было… Он наказал меня так, что я буду помнить это обещание до конца дней, я даже в аду буду помнить эти чертовы слова!
– Вы, случайно, не обещали ни на ком жениться?
– С чего бы мне это обещать?
