После церкви Фабрис оказался напротив столба. Что привело его туда он не знал, лишь чувствовал фатальную неотвратимость всего того, что увлекает его во тьму последние дни. В этот день столб был весь увешан бумажками, подписанными с внешней стороны. Бумажек было много. Оказавшись здесь, Фабрис все еще не знал, должен ли он срывать бумажку со своим именем, если она здесь окажется, должен ли участвовать в этом первобытном торжестве, в котором пусть и нет никакого смысла, зато есть ключ к чему-то большему, чем этот смысл. Неотвратимая сила влекла его, и вся его натура, для которой даже смерть не являлась весомым препятствием, требовала поддаться, но он все еще держался. Ум его все еще не знал, зачем ему это. Столб этот, что прежде был не более чем торчащим из земли куском дерева, в этот день стал для него запретным плодом, столь желанным, что даже мысли о демонах и Лии отошли на второй план.
– Это столб Элинфиды – послышался из-за спины Фабриса голос. Почти сразу он понял, что позади него стоит Лия. Все живое в нем вздрогнуло.
– Весь год стоит просто так, и только один день зачем-то, – продолжила она.
– И зачем же? – спросил Фабрис.
– Я не знаю. Я считаю, что зря он стоит всегда. Но многие так не считают.
Фабрис обернулся. Лия стояла позади него, в руках она держала поводья лошади, в глубоких глазах ее сияла черная бездна тоски. Она всегда казалась ему грустной, но сегодня грусть эта читалась в каждом изгибе ее красивого лица, в каждом движении губ.
– Ты, я смотрю, не особенно рада всем этим праздникам, – проговорил Фабрис со своей привычной южной усмешкой.
– Праздновать нужно, когда ты победил. Это праздник проигравших, я не хочу в нем участвовать.
– Тем не менее вчера ты была у костра.
– Да, была.
– Я хотел извиниться, за вчерашнее, это было глупо, приходить туда….
– Здесь все глупо, так что нет никакой разницы, куда приходить. Раньше я любила праздники, на праздник ты всегда веришь в лучшее, даже если знаешь, что оно невозможно. А сейчас не люблю. Наверное потому, что знаю, что лучшего не бывает. По крайней мере здесь.
– Я уверен, что здесь еще все изменится. Все меняется, а то, что кажется безнадежным, меняется еще быстрее.
– Я хотела кое-что подарить тебе, сегодня все что-то дарят друг другу, я решила, что мой подарок достанется тебе.
– Звучит как какой-то подвох.
– Пусть звучит. Просто возьми.
– Ладно…, подарок, так подарок. Я надеюсь, это будет не поцелуй?
– Нет.
Лия достала из кармана подвешенный на веревку камень и сделала шаг к Фабрису.
– Наклонись.
Фабрис сделал, как ему сказала Лия, он наклонился. Лия расправила веревку и надела на шею Фабриса кулон.
– Я даже боюсь спрашивать, что это, – усмехнулся Фабрис. Он рассмотрел камень, что, теперь, висел у него на груди – это был отшлифованный аметист, к одной из граней которого крепилась металлическая окантовка. На нем был нацарапан рунический символ. Фабрис не верил в обереги и прочие необъяснимые для науки способы спастись от неминуемого, но почему-то, этот камень, что попал к нему из рук Лии, не вызывал в нем никаких противоречий.
– Это оберег. Я сама сделала его, – проговорила Лия. Вчера вечером, сбежав с праздника, она долго бродила по берегу озера и думала о той тьме, в которой неизбежно исчезает все, что становится ей не безразличным. Оказавшись у костра и увидев там Фабриса, она почувствовала как раз недостаток того самого безразличия, который был спасением для всех любимых ею вещей и явлений. Может быть и не он сам, но одно его существование здесь пробуждало в ней светлые чувства, веру в лучшее. Он был для нее свидетельством того, что в мире, где все уже сотни лет лежит по своим местам, может существовать и другой порядок вещей, что естество может быть изменчиво, но не менее естественно, а каменные глыбы подвижны. И теперь она боялась. Боялась, что тьма, которая уже сотни лет склоняется над этой землей, как помешавшаяся старуха, затопчет этот пробивающийся сквозь камни росток добра, так и не дав ему обрести форму дерева.
– Красивый, – проговорил Фабрис, разглядев амулет. – И от чего он бережет?
– От глупости.
– Понятно. Очень нужная вещь. У меня сейчас ничего нет… если ты не против, мы могли бы увидеться вечером, я бы тогда подготовился, и тоже чего-нибудь подарил. Не люблю оставаться в долгу.
– Не нужно. Я подарила бы тебе это и без праздника. Просто так совпало.
– Что ж, ладно, надеюсь, что смогу найти ему правильное применение.
– Сможешь. Мне нужно идти.
– Хорошо, не буду задерживать. Если тебе не нужен подарок, вечером мы можем встретиться просто так, прогуляться по лесу, например. Или покататься верхом, мне нужно только найти лошадь, а так я прекрасный ездок….
– На столбе есть листок с твоим именем, – проговорила Лия, немного смутившись – сорви его, пока ветром не сдуло.
