– Понимаю, Джон, – кивнул Грейс. – Сейчас кажется, что это не имеет смысла. Но когда слышишь стук копыт, представляешь себе лошадь, а не зебру. У нас есть человек, которому грозит лишение свободы на такой срок, что почти всю оставшуюся жизнь он проведет за решеткой, и убитый брат, в котором Микки души не чаял. Несомненно, существует немалая вероятность, что эти вещи связаны.
– Но как? – поинтересовалась Эй-Джей.
– Не знаю, Эй-Джей, но у меня такое чувство, что здесь есть какая-то связь. Найдем ее и раскроем дело, – пожал он плечами. – Есть новости от кого-нибудь по другим направлениям расследования?
Поттинг поднял руку:
– Шеф, мы с констеблем Олдриджем отправились в гудвудский аэроклуб и поговорили с секретарем и пилотами, чтобы на всякий случай выяснить, был ли кто-нибудь из них в воздухе во время убийства Стьюи. Я оставил им несколько листовок по операции «Каноэ». Затем мы проверили местный клуб планеристов. Но пока ничего положительного сообщить не могу.
– Отличная работа, ребята, – похвалил Грейс. – Насколько я понимаю, у нас есть две основные версии. Первая – это Теренс Гриди и мир наркотиков. Вторая – все еще остается вероятность, что это была неудачная попытка ограбления. Продолжим. Dissi u surici a nuci, dammi tempo ca ti perciu.
Сотрудники следственной группы непонимающе уставились на него. Грейс посмотрел на Поттинга:
– Значит, Норман, итальянским ты тоже не занимался, как и географией?
Поттинг покачал головой.
– Я переведу, – сказал Грейс. – «Грецкому ореху сказала мышка: „Погоди, и тебе придет крышка“».
Наступило уже восемь вечера, но на улице было светло. Рой Грейс сидел один в своем кабинете, просматривая копии документов, предоставленных прокуратурой по делу Теренса Гриди, и пытался найти улики, которые бы указывали на связь со Стьюи Старром. На столе лежала толстая пачка бумаги – распечатка всех звонков, сделанных из офисов «ТГ Ло» за четыре недели до ареста Микки Старра в ноябре прошлого года.
Криминалисты под предводительством Эйдена Гилберта проанализировали звонки, сделанные с мобильного телефона, который Микки Старр обронил в порту Нью-Хейвена. Кроме того, имелась и распечатка телефонных звонков, поступивших из тюрьмы Льюиса на телефон брата Микки.
Грейс протер глаза и отхлебнул воды из бутылки. Все без толку. За последние двадцать четыре часа расследование не продвинулось ни на шаг. Поквартирный обход не принес результатов, анализ записей с камер видеонаблюдения и системы распознавания автомобильных номеров не выявил каких-либо примечательных транспортных средств. У него по-прежнему было только три гипотезы, как он и указал в своей записной книжке. Самая неубедительная из них заключалась в том, что некие ребята напали на Стьюи просто потому, что он не такой, как все, и дело зашло слишком далеко. К сожалению, в эти мрачные времена такое порой случалось. Но ему больше нравились другие версии, куда правдоподобнее. Наиболее вероятным казалось, что Гриди хотел пригрозить Старру, чтобы тот его не выдавал, но все пошло не по плану. Но доказательств у Грейса не было, а главный подозреваемый, согласно этой гипотезе, во время нападения находился в тюрьме. Другим предположением была кража со взломом: либо настоящая, либо подстроенная.
Зазвонил телефон.
Он ответил чуть раздраженно, расстроившись, что его прервали, но мгновенно сменил тон на вежливый и уважительный, когда узнал голос главного констебля Лесли Мэннинг.
– Добрый вечер, мэм.
Он удивился: она звонила очень редко и только тогда, когда хотела узнать, как продвигается крупное расследование.
– Рой, надеюсь, я вас не побеспокоила? – вежливо поинтересовалась Лесли Мэннинг, хотя он почувствовал взволнованные нотки в ее обычно спокойном голосе.
– Вовсе нет, мэм, я тут просматриваю длинный список телефонных звонков по операции «Каноэ».
– Тот бедняга, с синдромом Дауна?
– Да, очень грустно, убийство с особой жестокостью.
– Как все продвигается?
По ее тону он понял, что причина звонка заключалась не в этом.
– Медленно, но мы разберемся.
– Нисколько не сомневаюсь, что у вас все получится.
– Спасибо, мэм.
Последовала короткая пауза, и наконец Лесли сказала, с неожиданным сочувствием и неловкостью:
– Рой, я хотела бы лично сообщить вам, что, к сожалению, вас не выдвинули на получение звания главного суперинтенданта.
Потребовалась секунда, чтобы до него дошли слова Мэннинг. И тут ему показалось, что пол ушел из-под ног.
Прежде чем он успел что-либо сказать, она добавила:
– Понимаю ваше разочарование, Рой, но наши возможности в присвоении званий ограниченны, и, к сожалению, помощник главного констебля Пью выбрал другие кандидатуры.
– Понятно, – безучастно произнес он, потрясенный; внутри все кипело, но он знал, что не стоит вымещать гнев на Мэннинг. – Что ж, я очень благодарен, что вы рассказали мне об этом, мэм.
– Надеюсь, в будущем вы еще раз подадите заявление, Рой.
– Да, – неуверенно согласился он. – Спасибо. Наверное.
– Лучше бы точно, а не наверное.
Он ничего не ответил.
