1.12… Соболя подняли недалеко от тропы. Подошли. Собаки лают в корень старого ствола усохшей осины с метр в диаметре. Под стволом пустота. Прорубили дыру. Кукша туда влезла, как в печку, а соболь по дуплу ушел вверх. Забили паз. Михалыч поджег бересту и послал меня ловить тот момент, когда покажется на сломе соболь. Я отошел шагов на пять от дерева, а зверек прыгнул через огонь мимо Михалыча черной молнией – и на снег. Но Зыба тут как тут – хвать соболя, а он его за нос. Визг, скулеж. Но добычу Зыба не отпустил. Тут и Кукша подоспела на выручку. Вдвоем они придушили зверька. Михалыч рад, говорит: «Хорошая примета – соболь в первый день зимы…»
После ходили до сумерек. Собаки убегали далеко. Михалыч звал их, постукивая обухом топора по сухим дуплистым лесинам – далеко слышно…
2.12… Снова охотились вдоль поймы, но безуспешно. Собаки ходили долгими кругами. Лаяли едва слышно, но Михалыч, зная местность, не решался туда идти – слишком далеко и почти непроходимо. Зыба вернулся весь мокрый – где-то попал в воду. Мы тоже промочили ноги – несколько раз провалившись через какой-то лед. Зыбу пустили ночевать в избушку, обсушиться.
3.12… Вернулись в базовое зимовье. Солнечно. Минус десять. Как-то веселее стало на душе. Да и медвежьи следы исчезли, вероятно, зверь все же залег где-то в спячку.
Вышел к речке, на мостки, и долго любовался открывшимся пейзажем, ощущая себя крохотной частицей огромного, неохватного сознанием, мира. Малой живинкой, духовно связанной и с этим вечно дремучим лесом, и находящейся за сотни километров цивилизацией. Ощущение было настолько пронзительным, что душа будто осветилась каким-то особым неземным светом…
5.12… Вчера весь день отдыхали. Михалыч жаловался на боли в спине. Я занимался всевозможными мелкими делами.
Выбрались на самый длинный путик. Ловушки пустые, и собаки никого не загнали. Михалыч хмурится, а я спокоен. Промысел меня волнует меньше всего. Главное то, что я увидел и запомнил. Вряд ли где еще можно соприкоснуться с этим чудом.
Перед обедом вынули из ловушки соболя. Собаки ушли далеко. Михалыч заставляет меня слушать. Но ветер в вершинах приносит любые звуки, в том числе и лай разных оттенков, но я решил говорить Михалычу лишь про то, что услышу наяву. Душман с нами. В какой-то момент он навострил уши и побежал назад. Остановились. Еле уловили редкий, но отчетливый лай Зыбы. Чуть правее солнышка. Двинулись напрямую и уперлись в гарь. Душман уже у собак и лает, как колокольчик. Впереди такая «ломь», что мы рискуем покалечиться. Долго и опасно проходим по гари чуть ли ни километр.
Снова сухая осина без верхушки. Михалыч обошел дерево и сказал, что зверь в дупле. Но на стволе нет никаких трещин или пробоин. Рубить дерево бессмысленно. Решили возвращаться. Михалыч извинился перед собаками, что не может достать загнанного ими тяжкой погоней зверька. Устали до полной дрожи в ногах. Михалыч быстро переоделся: он сильно потеет и всегда сразу переодевается, вернувшись с охоты.
Вышел на берег, полюбовался нежно-золотистым закатом солнца. Жаль, что такого заката никогда не увидишь в городе. Михалыч говорит, что до прибытия вертолета осталась неделька. Но не велит считать дни – он суеверен, и я его поддерживаю.
После ужина слушали стихи Цветаевой…
6.12… Минус пять. День пасмурный. Низкие тучи плывут чуть ли не над самыми верхушками леса. За ночь выпал небольшой снежок, но следов соболя не видно.
К полудню дошли до палатки. Сделали привал, пообедали. И едва тронулись, как Кукша и Зыба подали голос. Михалыч привязал Душмана к будке, чтобы не мешал молодым, и заспешил на лай.
Погонял нас соболь от дерева к дереву да через колодины, но все же мы его взяли.
Учился топтать лыжню – теперь сушу тельняшку и собираюсь мыться…
7.12… Сильный ветер. Хмуро, но не холодно. Обошли почти всю знакомую часть поймы. Снова в гарях подал голос Зыба. Хорошо, что недалеко.
Мощный хвойный ствол. Кора обгорела, и породу угадать трудно. Собаки разгребают снег под корнями. Михалыч ударил по стволу обухом, и тот загудел, как медная труба. Прорубили отверстие и запалили бересту. Никого. Вероятно, собаки нашли место, где соболь ночевал, но ушел.
8.12… Утро пасмурное, с ветром. Легкий морозец. Условились проверить ловушки по короткому путику и с вечера начать подготовку к возвращению в город. Пошли без лыж.
