– Льзя – нельзя, – срифмовал Матвей. – Ты же, поди, часов в семь сюда приволокся?
– Где-то так.
– Ну вот, теперь завтракаешь.
– Ему докажи. – Миронов сгреб стакан, но, как ни старался держать твердость руки, она у него заметно плясала.
Смотреть, как Миронов пьет, причмокивая губами, было неприятно, и Матвей отвернулся.
– На. – Миронов протянул ему стакан. – Лей себе.
– Мне немного, – поскромничал Матвей, – сердце что-то стало побаливать. Да и домой надо добираться в бодрости.
Миронов ничего не сказал, отправляя в рот кусок сала.
«Хлебало, как печка, – мимоходом подумал Матвей, плеская себе водки в стакан. – Прорва». Он взял ломтик огурца, намериваясь выпить, и в это время сзади кто-то громко произнес:
– Я так и знал! Когда это кончится, Миронов?!
Матвей обернулся и увидел того парня, что сидел в конторе.
– Вы принесли? – кивнул тот на бутылку, хмуро взглянув на Матвея.
– Ну я, а что? – Матвей не то в растерянности от неожиданного появления нового начальника, не то демонстративно выпил налитое и захрустел соленым огурцом.
– Пенсионеры нам вроде помогать должны, а они водку на рабочем месте пьют, – как-то обезличенно произнес парень, забирая в карман бутылку. – Пройдемте со мной! – позвал он Матвея. – А с вами, Миронов, поговорим отдельно.
«Эх, жизня! – Матвей кинул рюкзак на плечо. – И так, и этак не получается. Теперь моргай глазами, оправдывайся, как нашкодивший школьник». – Он зашагал за парнем, с огорчением прикидывая, что нужные запчасти ему теперь не видать, как своих ушей.
– Откуда? – спросил вдруг парень через плечо, не оборачиваясь.
– Я-то? – Матвей на мгновенье потерялся. – Из Покровки.
– А что у вас за дела с Мироновым? Собутыльник давний?
– Дела – есть. А выпивкой – не увлекаюсь.
– Просить что-нибудь пришли?
– Угадал.
– Да тут: яснее ясного, и угадывать ничего не надо. Но запомните, дед, раз и навсегда, и всем другим скажите: здесь больше не подают! Только из уважения к вашей старости я не поступил иначе, но в другой раз такого не будет. Тут не частная лавочка, а государственное предприятие. Миронов и так наработал, что голова идет кругом, – концы с концами не сходятся, – несколько возбужденно продолжал говорить парень. – Но он мне понятен. А вы-то чего? Наверняка еще и бывший фронтовик?..
– Фронтовиков бывших не бывает, – с некоторой досадой ответил Матвей. – Сорок с лишним лет прошло, как война кончилась, а все во сне нет-нет, да и бегу в атаку, раздирая от крика рот. Или вовсе мнимая боль начинает сосать ногу, будто в нее снова осколки мины вгрызлись. А сюда я по старой привычке пришел – кое-какие запчасти надо.
– Но здесь же не магазин, о каких запчастях может идти речь? – как-то сбавил тон парень.
– Были бы такие магазины где-нибудь – никто бы сюда и не сунулся, – убежденно заявил Матвей.
– Возможно… Запчасти для совхоза нужны или для себя лично? – пытливо поглядев на него, спросил парень.
– По совхозным делам – начальство есть, – не отвел взгляда Матвей. – Себе надо. На отдых меня отправили – вот и хочу делом заняться: движок списанный восстановить, чтобы приспособить куда-нибудь по-хозяйству. Забот-то разных – не перечтешь, а с движком все легче. Разобрать я его – разобрал, а там вся поршневая пришла в негодность. Думал здесь эти запчасти купить или поменять на что-нибудь.
Они подошли к конторе и остановились возле дверей.
– Какой движок-то? – поинтересовался парень.
– Да маленький, «зидовский».
– Ясно. Вы что, механизатор?
– Да нет. Я кузнец.
Парень помедлил, что-то прикидывая.
– А ну, зайдемте-ка ко мне. – Он отворил двери и прошел за стол.
Матвей – следом.
– «Зиды», «зиды», где они у меня? – Парень стал перекладывать какие-то амбарные книги, открыл одну из них и, что-то подсчитав на бумажке, вдруг заявил: – А я, пожалуй, вам помогу. Тут Миронов наколбасил так, что кое-какие излишки есть по разным запчастям – списывать придется. Вот и спишем. Пойду на нарушение, да ладно – прокатит…
Для Матвея это заявление было, как гром с ясного неба. Он даже рот приоткрыл. Всякое ему предполагалось – только не это. «Вот тебе и пряник с маслом! – взыграла у Матвея душа. – Было пусто, стало густо! Парень гляделся вороном, а оказался голубком… А может, он для блезира доброту гонит, и одного поля ягодка с Мироновым? – Заплясали у него сомнительные мысли. – Да вроде не похоже. Но так или иначе, а добро без награды не должно оставаться». – И почти машинально Матвей сунул руку в карман пиджака, нащупывая кошелек с деньгами.
– А сколько с меня? – притаивая голос, произнес он.
Парень нахмурился.
– Мы что, не русские люди, что ли? Не можем просто так помочь друг другу? Обязательно мзда нужна? Забудьте про деньги и считайте, что вам повезло! Мой дед тоже был фронтовиком…
Матвей окончательно понял, что парень перед ним стоящий, и как-то подрастерялся.
– Может, допьем по такому случаю? – ляпнул он непроизвольно.
