Он смотрел на меня долго. Взгляд скользил по лицу — лоб, глаза, губы, снова глаза. Ищет ложь? Или что-то другое?
— Ты предлагаешь союз?
— Я предлагаю перестать тратить силы на войну друг с другом и направить их на реальных врагов.
Молчание. Долгое, напряжённое. Слышно, как бьётся моё сердце. Или его?
Потом он протянул руку. Медленно, неуверенно, словно боится, что я её не приму.
— Союз.
Я пожала её. Холодная, но не ледяная. Сильная, с мозолями от меча. Дрогнула в моей — нервничает.
— Теперь иди спать, Кайрон. Ты выглядишь ужасно.
— Я не могу... кошмары...
Голос стал совсем тихим. Сломленным. Сколько ночей он не спал из-за кошмаров?
Я вздохнула.
— Ложись.
— Что?
Он смотрел на меня как на сумасшедшую. Император в постели императрицы? Немыслимо!
— На кровать. Ложись. Я знаю технику, которая поможет уснуть без сновидений.
Он колебался. Взгляд метался между кроватью и дверью — классическая реакция "бей или беги".
— Кайрон, это не ловушка. Просто способ выспаться. А тебе это очень нужно, если мы собираемся выигрывать войну.
Логический аргумент сработал. Он медленно, словно идёт на казнь, подошёл к кровати. Сел на край — готов вскочить в любой момент.
— Лежать надо, чтобы сработало.
Он лёг. Жёстко, напряжённо, как на поле боя. Каждая мышца готова к прыжку.
Я села рядом, стараясь двигаться плавно, предсказуемо. Как с испуганным животным — никаких резких движений.
— Закрой глаза.
— Но...
— Доверься мне. Хотя бы в этом.
Он закрыл глаза. Ресницы дрогнули — борется с желанием открыть.
Я начала массировать точки на его висках. Кожа горячая, пульсирует под пальцами. Напряжение такое сильное, что, кажется, мышцы вот-вот порвутся.
— Дыши глубоко. На счёт четыре вдох, на счёт четыре выдох. Один... два... три... четыре...
Голос ровный, монотонный — тот самый, которым я вводила пациентов в состояние релаксации.
Постепенно его дыхание выровнялось. Мышцы начали расслабляться — сначала лицо, потом шея, плечи...
— Представь тёплое место. Безопасное. Где никто не может тебя найти, причинить боль...
Лёгкое внушение, вплетённое в массаж. Ничего сложного, базовая техника.
Через десять минут он спал. Глубоко, спокойно, без кошмаров.
Я осторожно убрала руки. Он не проснулся, только вздохнул во сне. Лицо разгладилось, стало моложе. Без маски холодности он выглядел своего возраста — двадцать семь лет. Молодой мужчина, слишком рано взваливший на себя груз империи.
Укрыла его одеялом — осторожно, чтобы не разбудить. Он инстинктивно потянулся к теплу, свернулся калачиком. Трогательно и грустно одновременно.
Устроилась в кресле с книгой. Спать уже не хотелось, да и оставлять его одного... почему-то не хотелось.
Он спал спокойно до самого рассвета. Иногда что-то бормотал во сне — неразборчиво, но тон был мирным. Первый раз за долгое время император спал без кошмаров.
Когда первые лучи солнца коснулись окна, он пошевелился. Открыл глаза — мгновенно проснулся, как воин.
— Я... — растерянность на лице. — Я проспал всю ночь?
— Да.
Он сел, потёр лицо. Движения ещё сонные, расслабленные — не успел надеть маску.
— Как?
— Профессиональный секрет.
Он посмотрел на меня. Долго, внимательно. В глазах что-то изменилось — не доверие ещё, но... начало чего-то.
— Спасибо.
Простое слово. Но от императора, который не благодарит никого — бесценно.
— Не за что. Партнёры помогают друг другу.
— Партнёры... — он попробовал слово на вкус. — Мне нравится.
Встал, подошёл к окну. Иней с вчерашней ночи растаял, оставив причудливые разводы.
— Сегодня у тебя встреча с женой канцлера?
— Да. Леди Марвин может быть полезным союзником.
— Или опасным врагом. Будь осторожна.
— Всегда.
Он направился к двери, но у порога обернулся.
— Лирана... можно мне... иногда приходить? Когда кошмары?
Уязвимость в голосе. Император просит разрешения.
— Конечно. Дверь открыта.
Кивнул и вышел. Быстро, пока не передумал.
Я откинулась в кресле. Ночь была длинной, странной, но... правильной.
Первый камень в фундаменте новых отношений заложен.
Теперь строить дальше.