Императрица без маски (СИ) полностью

— Ладно, — решил Кайрон. — Делаем по-твоему. Но охрану удваиваем. Нет, утраиваем.

— И тренировки продолжаем, — добавила я, обводя взглядом девушек. Они стояли, всё ещё дрожа от шока, но в глазах появилось что-то новое. Не страх — решимость. — Девочки сегодня доказали, что могут сражаться.

Фрейлины выпрямились. Плечи расправились, подбородки поднялись. В их глазах больше не было страха — была гордость. Они выстояли. Они сражались. Они выжили.

— Вы все молодцы, — сказала я, и вложила в голос всю теплоту, на которую была способна. — Сегодня вы перестали быть просто леди. Вы стали воинами. Защитницами империи. И я горжусь каждой из вас.

Младшая фрейлина — кажется, её звали Лилиана — всхлипнула и бросилась ко мне, обняла, забыв о протоколе.

— Мы... мы правда сражались! Как настоящие воины!

Остальные засмеялись — нервно, но искренне. Напряжение отпускало, адреналин сменялся эйфорией выживших.

Боевое крещение. Теперь они не просто играют в воинов — они прошли через настоящую опасность и выжили. Это изменит их навсегда. Сделает сильнее. Или сломает — время покажет.

План был прост в своей элегантности. Мы "случайно" обсудили при разных людях из ближнего круга разные версии планов обороны. Каждому — свою версию, уникальную, как отпечаток пальца. И теперь ждали, какая всплывёт, как меченая купюра в руках вора.

Психологический эксперимент в чистом виде. Контрольные группы и переменные. В моей докторской диссертации был похожий дизайн исследования — изучение распространения дезинформации в замкнутых коллективах. Только там ставкой были академические баллы, а здесь — жизни.

Первым был лорд-казначей Равен. При нём Кайрон упомянул о тайном складе оружия в северной башне — между делом, словно проговорился. Я наблюдала за реакцией: микровспышка интереса в глазах, едва заметное напряжение в плечах. Запомнил.

Вторым — главный маг двора, лорд Астериус. Ему досталась информация о новом оборонительном заклинании. Старик слушал с профессиональным интересом, пальцы непроизвольно выводили магические символы в воздухе — привычка всех теоретиков магии.

Третий — капитан личной гвардии Дамир. Он услышал о планах эвакуации через восточные ворота. Кивнул, деловито, взгляд сразу начал просчитывать логистику. Военное мышление.

И так далее. Десять человек, десять версий. Каждая правдоподобная, но ложная.

Я сидела в своём кабинете, составляя схему на пергаменте. Имена, стрелочки, возможные связи. Старый добрый метод визуализации данных — помогает увидеть паттерны, которые ускользают при линейном анализе.

— Ваше величество, — Анна заглянула в дверь. Её обычная невозмутимость была слегка нарушена — брови чуть приподняты, признак удивления. — Сын Герты пришёл. Насчёт... разговора о его проблеме.

Ах да, игроман. Чуть не забыла в водовороте интриг. Но работа психолога не прекращается, даже когда ты императрица.

— Пусть войдёт.

Парню было лет двадцать пять. Классический портрет зависимого — бегающий взгляд (избегание прямого контакта), нервные движения пальцев (тревожность), следы недосыпа (тёмные круги, покрасневшие белки). Одежда опрятная, но заношенная — приоритеты расходов очевидны.

— Ваше величество, — он поклонился неуклюже, словно вспоминал движение из детства. — Я... спасибо, что помогли матери. Я верну долг, клянусь!

Голос срывается на высоких нотах — признак сильного волнения. Руки дрожат, но не от страха — абстинентный синдром. Он не играл несколько дней.

— Садись, — я указала на стул напротив, намеренно выбрав неформальную обстановку. Не трон и подданный, а два человека за столом. — Как тебя зовут?

— Томас, ваше величество.

Сел на самый край стула, спина напряжена, готов вскочить в любой момент. Классическая поза тревожной готовности.

— Томас, расскажи, когда ты начал играть?

Он облизнул губы — сухость во рту, ещё один признак стресса.

— Три года назад. Сначала просто... для развлечения. Друзья позвали, сказали — попробуй, это весело. Выиграл пару раз, подумал — везёт же! Лёгкие деньги!