– Привет снова, хвостатый, – треплю его по чешуйчатому загривку. – Красавец!
– Рядом никого, – транслирует он, вынюхивая воздух.
– Если кого серьёзного увидишь – покажи, – говорю, имея в виду свой навык смотреть его глазами. – И ещё. Нужно убежище. Найдёшь?
Химеринг разворачивается и мягко трусит в сторону ближайших развалин. Иду следом, рассматривая окружающее. Пытаюсь понять, то ли это место, откуда я в прошлый раз уходил.
Я почти забыл, какая странная в разломе архитектура и природа. Когда я попал сюда впервые, в голову пришло сравнение с творениями сумасшедшего чертёжника. Думаю, я был не слишком-то и неправ. Если у Теи есть свой собственный мир, то почему этому миру не принадлежать руке какого-нибудь божка?
Ну хотелось ему чего-то необычного… Так и получились вот эти чёрные деревья, будто нарисованные рукой ребёнка со страстью к геометрии – ни одной кривой линии. И эти странные пирамидальные здания. Кто-то тут когда-то жил, и точно не люди, не эльфы, ни одна из известных мне рас. Какие-то иные существа, предпочитающие не горизонтальные, а наклонные поверхности. Хрен знает, как у них были устроены органы, отвечающие за равновесие…
Кстати, такой мир вполне мог создать Карх. Потому что единственное, что здесь создано с большим разнообразием, – это твари. Я мог бы перечислить десятка два. Но все они заточены на одно: убивать.
Когда кот заводит меня за очередную перекошенную стену, я узнаю знакомую площадь в форме восьмиугольной звезды. Именно на ней я дрался с пауками. Кости так и остались лежать посередине.
Местная живность не подвержена тлену в знакомом нам значении. Зато она быстро превращается в ничто. Растворяется в воздухе, питая собой местные потоки эфира. Правда, кости вот остаются. В прошлый раз я нашёл отличные шарообразные суставы, чтобы сделать себе боло.
Внезапно в голову приходит мысль, что какие-то останки могут принадлежать и не разломным существам. А…
…изменённым людям. Тем, кого накачивают какой-то дрянью, после чего они мутируют и становятся способными выжить в разломе. Чтобы ходить сюда и выносить ценнейшие ингредиенты. На продаже сильно не разбогатеешь – продажу магических составляющих крепко держит в руках корона. Но есть и коллекционеры. А ещё – отчаявшиеся люди типа графа Горчакова. Такие отдадут последнее ради призрачного шанса получить нужное лекарство.
Ну, и не забудем нужды «Братства свободных». Если заговорщики хотят на равных сражаться с властями, им тоже понадобятся зелья и укрепляющие составы. Артефакты. Да мало ли что ещё!
Так что, думаю, мне могут встретиться и твари наподобие тех, с которыми я сражался в подземелье «Братства». И я даже не знаю, что хуже: здешние монстры или те рукотворные чудовища.
Вспоминаю чудовищных мутантов, которых я видел в подземелье – и убил своей тьмой.
Двухметровую чешуйчатую тварь с крокодильей челюстью и тридцатисантиметровыми когтями. Длинного как фонарный столб монстра и его лапы размером в экскаваторный ковш. И чёрные дыры в этих мутантах – там, где должен находиться источник одарённого…
Всё это время я осторожно двигаюсь за химерингом, который ищет мне место для медитации. Попутно жалею, что не сообразил купить дрон вдогонку к биноклю. Тут опыт сыграл со мной злую шутку: в моём мире не было подобных предметов. Поэтому мне куда привычнее рассчитывать на зрение химеринга, чем на электронику. В следующий раз надо не забыть приобрести электронного помощника. Тем более что сейчас, получив клуб «Золотой гранат», я смогу зарабатывать неплохие деньги.
Вскоре мой кот ныряет в тёмный провал под одним из разрушенных призматических зданий. Выглядит это как дыра в жопу мира, но поскольку химеринг спокоен, у меня нет причин ему не доверять. Спускаюсь следом, радуясь тому, что мы оба прекрасно видим в темноте.
Вниз ведёт полузасыпанный песком и камнями гладкий спуск. Никаких привычных лестниц. Что неудобно, хотя и терпимо. Ощущение, что дом планировал какой-нибудь слизняк, которому ноги даже в страшном сне не приснились.
Сделав три витка, спуск упирается в небольшое помещение. Здесь и правда никого. А по стене плетутся местные чёрные лианы. Я помню, что они полны воды, как и наросты на стволах чёрных деревьев.
– Молодец, – похлопываю кота по чешуйчатому загривку. – Тут и приведём себя в порядок.
Оглядываюсь в поисках места, куда можно примостить зад. Раскидываю берцами мелкие камни, отношу в сторону пару здоровых булыжников. Наконец, удовлетворённый расчищенным местом под медитацию, опускаюсь на пол.
– Охраняй, – приказываю химерингу.
Всё это время Шанк спокойно сидел в рюкзаке. Но не держать же его там всё время? Поэтому расстёгиваю молнию, выпускаю его и добавляю Крайту:
– И следи за младшим.
А потом откидываюсь на холодную каменную стену, чувствуя бурное течение эфира.
