– У меня он пока жил, так не мужик был, а слизь какая-то. Полностью инертный, сам знаешь. Ну так отца потерял, они ведь близки были. Трагедия…
– Угу.
– А теперь пришёл в себя. Сменил обстановку, взял себя в руки. Мстить решил за отца. Ну, я так думаю.
– Угу, – в третий раз хмыкнул Соболев. – Да ладно, Саш, ну ты прав. И это отлично! Но я решил проверить. Мало ли…
– Случилось что-то ещё? – спросил Хатуров.
Матвея Соболева он знал очень давно и хорошо. Если он побежал делать генетическую экспертизу, чтобы удостовериться, что изрядно повзрослевший пацан – действительно всё тот же Никита Каменский…
…значит, имел на то веские основания.
– Прости, не могу сказать.
– Даже так… – протянул Хатуров. – Ну, теперь ты спокоен, уже хорошо. Кстати, а какой второй дар у Никиты открылся?
– Спроси сам, – посоветовал Соболев. – Может, и скажет.
– Спрошу. Так что там со старшим Меньшиковым, Матвей? Вообще ни следа?
– Умер он.
– Откуда инфа?
– Пока не могу сказать, – хмыкнул Соболев. – Но она точная. Нашёл я одного осведомителя… ценного, но зашифрованного.
Предположить, что этим новым осведомителем является Никита Каменский, графу Хатурову даже в голову не пришло. Что Матвея Соболева очень порадовало. Врать друзьям он терпеть не мог.
Будит меня звонок князя Назарова. В восемь утра. Отключаю звук на смартфоне, но лежу ещё от силы минуты две.
Конечно, неплохо бы как следует отоспаться, но расслабляться не время. Да и Назаров вряд ли просто хотел пожелать мне доброго утра.
Умываюсь и, так и быть, перезваниваю.
– Никита, простите за беспокойство в столь ранний час, знаю, что у вас последние выходные перед учёбой, – любезничает Назаров. – Но у меня, право, к вам неотложная просьба.
– Слушаю, Виктор Алексеевич.
– Видите ли, моя дочь…
– Да? – спрашиваю, устав от длинной паузы. – С ней всё в порядке?
– Вот я рад, что вам это интересно! Да, более-менее. Но Ольга требует встречи с вами.
– И зачем я ей понадобился?
– Да если б я знал, – с досадой говорит Назаров. – Психиатр предположил, что это синдром эмоциональной зависимости. Ну, к спасителю жизни. Что-то такое. Вы не могли бы приехать, Никита? Очень вас прошу.
Синдром синдромом, но мало ли что на уме у княжны Назаровой, помимо психических отклонений… И помнит ли она о разломе. Не хотелось бы. Возможно, мне удастся это выяснить.
– Хорошо, я сегодня приеду. Пока не могу сказать когда.
– Спасибо, жду в любое время, – коротко говорит Назаров и называет адрес.
Полчаса спустя я выясняю, что мечта Матвея запереть меня в поместье сбылась. Сам Соболев уехал ещё вчера, и обеда не дождавшись. И на чём мне ехать в столицу?..
В холле сталкиваюсь с Хатуровым.
– Александр Васильевич, вы в Москву, случайно, не едете?
Он тяжело смотрит на меня.
– Никита, ты бы посидел дома. С матерью пообщался… Вечером могу позаниматься с тобой.
– Александр Васильевич, у меня дела.
– Какие? Вляпаться в очередное приключение?
Вежливо напоминаю:
– А это не вы разве подписали бумаги о том, что я полностью дееспособный гражданин империи?
Хатуров закатывает глаза к потолку и сдержанно замечает:
– Только из-за возвращения тебе твоей собственности. Не мне же этим заниматься. Но тем не менее совершеннолетним ты станешь только через три года. И должен понимать, что в сложившейся ситуации…
– Александр Васильевич, давайте не будем? – перебиваю я.
Он замолкает и машет рукой.
– Через час я поеду в училище. Подвезу тебя.
А если бы он уже уехал, что тогда?
Конечно, существует такси. Но мне нужна полная независимость и свобода передвижений.
А ведь Никита Каменский очень любил автомобили. И разбирался, и водить умел, и права у него есть. По счастью, в Российской империи их можно получить в шестнадцать лет.
Справлюсь, пожалуй. Лекс Львов как-то говорил, что машина ничем не отличается от велосипеда – в том плане, что если раз научился, то это навсегда.
В Москве я прошу высадить меня у первого же попавшегося на глаза автосалона.
Менеджер, видя стандартно, но дорого одетого юнца, любезничать не спешит, зато профессионально расспрашивает, какая именно машина мне нужна.
Мечтой Никиты был «Сокол УКБ-415». Два турбокомпрессора, 542 лошадиные силы… Шикарный спортивный родстер. Никите он казался похожим на сказочного дракона. У Лекса, кстати, именно такой.
Ладно. «Сокол» приобрету, когда открою собственный бизнес.
А пока…
К Назарову я еду на серо-стальной «Чайке» – не слишком дорогом, но мощном внедорожнике, тоже российского производства. Американский «Чероки», конечно, дешевле, но и значительно хуже. А «Чайку» я и сейчас могу себе позволить, всё же гендиректор элитного ночного клуба. Кстати, надо будет узнать у Ливанова, какова моя зарплата как гендиректора…
И подумать о том, как я могу зарабатывать больше. Даже если сумею вернуть роду Каменских всю собственность – личный бизнес меня больше устраивает.
Поместье князя Назарова находится в тридцати километрах от столицы. Не слишком далеко, но по дороге я убеждаюсь в том, что Лекс был прав: навыки вождения машины у меня есть. Причём вполне приличные. Разве что с места дёргаюсь слишком быстро, но это дело наживное.
