— Послушайте, я не могу так быстро! — воскликнул он наконец, и тут Андрей опомнился.
Обходить пришлось по молодому березняку, где деревья стояли так тесно, что порой между ними нужно было протискиваться, и где витал мощный аромат молодой листвы. Андрей хотел дать крюк побольше, чтобы оставить озеро на безопасном расстоянии, но сделать этого не успел.
Туман ударил в вечернее небо белесым фонтаном, а через мгновение Соловьев понял, что ноги несут его в ту сторону, где плещут синие волны. Попытался остановиться, но не смог, захотел открыть рот, чтобы крикнуть, воззвать о помощи, но и этого сделать не сумел.
Зашуршали ветки, его глазам предстали округлый берег и стена белой дымки.
Андрей словно упал вперёд и… обнаружил, что стоит на берегу самого обычного, вовсе не круглого озера, и нет над ним никакого тумана, и позади не березняк высотой за два метра, а лес из могучих старых деревьев.
На водной глади виднелся остров, похожий на дивный зеленый корабль, — покачивались над волнами усеянные цветами ветки яблонь, порхали меж них огромные белые птицы, и возвышались над зарослями неправдоподобно тонкие башни цвета золота и слоновой кости.
Озеро зашумело, плеснули волны, и на берег ступила женщина в длинном синем платье — высокая, статная, с обручем на золотистых, спадающих на плечи волосах. Андрей глянул в глубокие тёмные глаза, где мерцали крохотные искорки, и тело вновь перестало повиноваться ему.
Он сделал шаг навстречу женщине и опустился на колено, удивившись при этом — что за металлический лязг сопровождает каждое его движение? В руках у явившейся из озера барышни возник длинный меч — простая рукоять крестом с шариком на навершии, потертые кожаные ножны.
Ни мгновения не сомневаясь, что так и нужно, Андрей взял протянутое ему оружие и обнажил его. Тускло сверкнуло серое лезвие, по которому шёл ряд значков, отдаленно похожих на арабские буквы.
В следующий момент женщина исчезла, а он понял, что смотрит в озеро.
Видел в нём собственное отражение так же четко, как и в зеркале, — встрепанные чёрные волосы, ошарашенные зеленые глаза, а вокруг лица — переливающийся серебристый ореол…
Вспомнились желтоглазый и его слова: «Свечение вокруг тебя. Яркое! Жжется!»
Неужели жалкий мутант, воображавший себя слугой некоего господина, был прав и на самом деле видел то, что скрыто от других? Или те слова, попав в его, Андрея, голову, причудливо отразились в его собственных видениях, навеянных проклятым озером?
Ореол задрожал, точно пламя свечи на ветру, и небосклон в отражении начал резко темнеть. Позади Андрея, нависая над ним и так же отражаясь в спокойной воде, появился чёрный силуэт, отдаленно человекообразный, но более всего напоминавший облако мрака…
Повеяло холодом, Андрей попытался развернуться, ударить с оборота… и обнаружил, что лежит на спине и над ним склоняются обеспокоенные спутники.
— Ах-ах, он очнулся! — воскликнул Артур Михайлович.
— Ну напугал, блин, — сказал Илья, за Лизу же красноречивее всяких слов говорили глаза — она была очень обеспокоена.
Самое чудное, что Андрей и сейчас, вывалившись из галлюцинаций в реальность, ощущал тяжесть меча в ладонях, прохладу лезвия, а также чувствовал, что то черное существо никуда не делось, что оно по-прежнему где-то за спиной и в любой момент может напасть.
— Что со мной было? — спросил он, с трудом шевеля онемевшими губами.
— О-ха-ха, полный мрак! — сообщил Илья. — Ты поломился к озеру, будто лось на водопой, а затем встал и свалился, как бухарик, у которого «бензин кончился». Но шлепнулся мягко, тут мы подоспели. Перевернули тебя, а ты все, в отключке. Но ничо, быстро очухался.
— Это верно. — Андрей взял висевшую на поясе флягу, сделал несколько глотков.
Когда сел и тряхнул головой, «послевкусие» необычайно четкого и яркого видения начало проходить. Но ощущение того, что рядом, буквально за левым плечом, находится некто могущественный, опасный и недоброжелательный, не исчезло даже после того, как он несколько раз оглянулся.
— Ну что, будем ночевать? — спросила Лиза, глядя на Андрея с тревогой.
— Да, — ответил он. — Только закончим обходной маневр. Двинули, шагом — марш!
Озеро исчезло за деревьями, и они вновь выбрались на шоссе, чтобы свернуть с него буквально через километр. Для стоянки выбрали место на берегу ручейка, текущего с севера на юг и на вид достаточно чистого, чтобы воду из него можно было пить.
Тут выяснилось, что Артур Михайлович в туристических делах не такой уж и простофиля — с его помощью палатку поставили в два раза быстрее, а костер бывший учитель разжег шустро и ловко.
— Был молодой — в походы ходили, — сказал он. — Абсолютно по всей стране, и в Карелию, и на Кавказ…
Пока занимались ужином, пришлось выслушать несколько баек, но затем на потемневшее небо вылез «Сатурн», и бывший учитель отвлёкся на него, принялся шумно жалеть, что у него нет телескопа.
— Хватит-хватит, — остановил его Андрей. — Спать пора. Полезайте в палатку, если будет холодно — воспользуетесь моим спальником. Первая половина ночи моя. На вторую разбужу тебя, Лиза.
