К этому времени Нэтч олицетворял собой образец равнодушия.
– И какое отношение это имеет ко мне?
– По всей видимости, Болабонд попросил своего сообщника говорить всем, что расследование проводится в отношении вас.
Чтобы не расхохотаться, Нэтч уткнулся лицом в кружку нитро. «Безмозглый болван!» – мысленно отчитал Болабонда он. Вся суть аферы заключалась в том, чтобы не называть никаких имен и названий организаций. В конце концов, кто мог обвинить Хорвила в обмане, если он ни за кого себя не выдавал?
– Я ничего об этом не знаю, – наконец сказал Нэтч.
Женщина молча кивнула. Мысленно она уже перескочила к другому делу.
– Если Кооперативу потребуется какая-либо дополнительная информация, мы с вами свяжемся. – Добавив еще нудную последовательность бюрократических фраз, чиновница уже собралась разорвать мультисоединение, как вдруг ее осенила новая мысль: – А этот Болабонд – он вообще действительно «капитан»?
– Понятия не имею, – пожал плечами Нэтч.
И на этом все закончилось.
От Кооператива Нэтч больше ничего не слышал, но через церберов он с удовлетворением выяснил, что на капитана Болабонда был наложен солидный штраф, а действие его лицензии на продажу программных кодов в «Море данных» было приостановлено на полтора месяца. А в этом бизнесе полтора месяца можно было считать целой вечностью. Нэтч облегченно выдохнул, и не только потому, что одержал победу над своим соперником; теперь Хорвил мог забросить свои глупые представления, а он, Нэтч, мог полностью сосредоточиться на деле. В течение нескольких месяцев после этого Нэтч ждал каких-либо ответных шагов со стороны Кооператива или какого-нибудь другого органа власти, однако ничего так и не случилось.
Последнее действие саги о Болабонде разыгралось вечером после визита чиновницы Мем-Кооператива, когда Нэтч взял своего друга в бурное турне по лондонским барам, чтобы отпраздновать это событие. Нэтч по-прежнему зарабатывал в месяц меньше, чем в ведущих феодкорпах платили своим подмастерьям в день. Но ему наконец удалось остановить соскальзывание вниз. Он доказал, что благодаря одной лишь силе воли может построить мир в шеренгу в соответствии со своими желаниями. Сам Нэтч не пил и не использовал программы имитации алкогольного опьянения, но ему было приятно наблюдать за тем, как отрывается Хорвил. Вечер закончился тем, что Нэтч отправил капитану Болабонду прощальное послание, написанное при деятельном участии Хорвила:
Будь добр, пойми меня правильно,
Когда я скажу, что ТЫ В ЗАДНИЦЕ.
Такое, увы, не излечится.
Не вздумай иметь дело с НЭТЧЕМ!
На этом вызовы, с которыми пришлось столкнуться Нэтчу, не закончились. После того как Болабонд распространил известие о том, что с ним случилось, сообщество программистов ППТ восприняло это как личное оскорбление. У кодировщиков ППТ весьма свободные представления о чести; они ничего не воспринимают всерьез и не считают зазорным украсть у своего собрата – если только это делается ради спортивного интереса, а не ради денег. Уловка Нэтча – точнее, то, в каком виде ее преподал Болабонд, – явилась нарушением этих неписаных правил.
Посему Нэтчу пришлось столкнуться с несколькими наглыми попытками третьесортных программистов помешать продвижению его продуктов, увести у него клиентов и испортить ему репутацию. Однако это его не особо встревожило. Он быстро создал себе репутацию в «Море данных» своей целеустремленной решимостью и нежеланием признавать поражение. Побежденный один раз, Нэтч не останавливался до тех пор, пока не наносил в ответ своему обидчику сокрушительный разгром три или четыре раза, а заодно еще делал предупредительные выстрелы в сторону его друзей и соратников.
Капитан Болабонд вернулся в бизнес после истечения полуторамесячной приостановки лицензии. Наказание со стороны Мем-Кооператива разрушило его клиентскую базу и истощило счет в Хранилище. Но к этому времени сообщество программистов ППТ уже пришло к выводу, что лучше оставить Нэтча в покое и даже помочь ему подняться на самый верх и навсегда покинуть данный бизнес. Одна предприимчивая молодая программистка из Югоафрики даже неплохо заработала на программе «Следи за Нэтчем», которая держала остальных кодировщиков в курсе деятельности Нэтча.
Болабонд благоразумно решил держаться подальше от злопамятного молодого программиста.
На протяжении следующих двух лет Нэтч оттачивал мастерство программирования в сфере ППТ. К тому времени как «Примо» заметил его и объявил восходящей звездой, услуги Нэтча уже были востребованы у элиты. Также он завел себе множество врагов, что, с его точки зрения, было еще более красноречивым показателем его успеха. «Успех любят исключительно те, кому он сопутствует», – заметил как-то беспощадный финансист Кордес Фассель.
