Герои остановились, переводя дыхание, но остались внутри. Кокон окончательно рухнул, выплеснув потоки энергии, которые начали угасать. Туман, который долгие часы окутывал верхние уровни башни, начал рассеиваться. Пространство заполнилось мерцающим светом разрывов, постепенно затухающих в остывающих стенах.
– Мы это сделали, – с трудом выдохнула Аня, её голос дрожал, но в нём слышалось облегчение.
Мила обернулась к Марине, которая стояла чуть позади. Её лицо было покрыто пылью, волосы растрёпаны, но глаза оставались сосредоточенными. Она встретилась с Милой взглядом, в котором читалась усталость, смешанная с решимостью.
– Ты спасла нас. И спасла этот мир, – сказала Мила, подойдя ближе. Её голос был тихим, но в нём звучала искренняя благодарность.
Марина коротко кивнула, вытирая рукой пот со лба. Её дыхание всё ещё было тяжёлым, но в глазах не было ни следа слабости.
– Это только начало, – ответила она. Её голос прозвучал твёрдо, но мягко. – Но теперь у нас есть шанс.
Данила перевёл взгляд на остатки верхних уровней. Его лицо оставалось напряжённым, словно мысли о том, что их ждёт дальше, уже начали формироваться в его голове. Но в глазах горела решимость, которая не позволяла сомневаться.
– Мы ещё не закончили, – произнёс он, не отводя взгляда от разрушений. – Но теперь мы знаем, как бороться.
Олег, стоявший рядом, устало выдохнул, но его лицо сохраняло сосредоточенность. Виктор положил руку на плечо Ани, пытаясь её успокоить, хотя сам ещё не мог до конца поверить в их победу.
Стас, который молча наблюдал за происходящим, сделал шаг ближе к Марине, и его взгляд полнился скрытого волнения. Но он ничего не сказал, лишь задержал на ней взгляд чуть дольше, чем остальные.
Группа медленно двинулась вперёд по коридорам, уходя из разрушенной верхней части башни. Каждый шаг давался с трудом, но каждый из них чувствовал, что их действия не были напрасны. Позади остался разрушенный кокон, больше не угрожавший миру. Но впереди лежал город, всё ещё наполненный неизвестностью и опасностью.
Когда они достигли безопасного участка, Данила ещё раз обернулся. Его взгляд задержался на разрушенной верхушке башни, теперь представлявшей собой обугленный каркас. В его глазах мелькнуло что-то похожее на горечь, но он быстро отвёл взгляд.
– Идём, – коротко бросил он, и его голос был полон уверенности.
Группа растворилась в сумраке нижних уровней башни, оставляя за спиной уничтоженный кокон. Их шаги были тяжёлыми, но в каждом из них теплилось чувство, что самое сложное ещё впереди.
Группа собралась в небольшом коридоре на одном из уровней башни, освещённом тусклым пульсирующим светом, исходящим от стен. Воздух был густым, пропитанным чуждой энергией, будто сама башня дышала рядом с ними. После напряжённого столкновения с инопланетянами все молчали. Каждый обдумывал случившееся, но никто не решался говорить, боясь, что даже шёпот мог спровоцировать новую опасность.
Данила отстранился от остальных, присев на разбитую металлическую балку. Он снял перчатки, обнажая пальцы, покрытые царапинами и ссадинами, и провёл ими по лицу, как будто хотел стереть усталость. В этот момент к нему подошёл Стас. Его обычно спокойное лицо выглядело встревоженным. Он опустился рядом, но так, чтобы их разговор не могли услышать остальные.
– Данила, – начал он тихо, избегая прямого взгляда. – Нам нужно поговорить.
– Слушаю, – ответил парень, глядя на него настороженно.
Стас некоторое время молчал, сжимая в руках обрывок ткани, которым пытался занять дрожащие пальцы. Наконец, он глубоко вдохнул.
– Ты знаешь, я… Я давно что-то чувствую к Марине, – выговорил он, как будто каждое слово вызывало у него боль. – Ещё до того, как всё это началось. Когда мы встретились здесь, я думал, что, может быть, у меня есть шанс. Но сейчас… после всего… – он замолчал, подбирая слова, и продолжил почти шёпотом: – Теперь я знаю, кто она на самом деле. И понимаю, что шансов у меня нет. Никаких.
Данила не сразу ответил. Его взгляд скользнул к группе, где Марина стояла в тени, прислонившись к стене и сосредоточенно изучая капсулу с выжившими. В её глазах светилась привычная холодная решимость.
– Стас, ты же знаешь, что она не такая, как мы, – осторожно начал Данила, пытаясь найти правильный тон. – Но это не значит, что она лишена… чувств.
Стас коротко усмехнулся, но в его улыбке не было радости.
– Чувств? Данила, она смотрит на меня так, будто видит просто инструмент. Оружие. Я для неё никто, понимаешь? Никто.
Тот собирался возразить, но вдруг услышал тихие шаги. Обернувшись, он заметил Марину. Она смотрела на них, её глаза блестели в полумраке. Очевидно, она услышала больше, чем нужно. Не сказав ни слова, она подошла ближе, остановившись в нескольких шагах.
– Данила, – негромко произнесла она, встретившись с ним взглядом, в котором читалась просьба. – Можешь оставить нас на минуту?
Задержавшись на мгновение, он оценил выражение её лица, но ничего не сказал. Лишь кивнул и медленно поднялся, оставив их вдвоём.