Мила внимательно посмотрела на Татьяну Павловну. Её лицо оставалось напряжённым, но в глазах зажегся огонёк уважения.
– Тогда нам всем придётся быть предельно осторожными, – негромко добавила девушка, складывая карту и убирая её в рюкзак.
В комнате воцарилась тишина, в которой чувствовалось странное единение. Казалось, что даже стены дома, пропитанные сыростью и пылью, теперь стали чуть надёжнее. Группа понимала, что впереди их ждёт нечто неизведанное, но этот момент покоя был необходим, чтобы собраться с мыслями и подготовиться к следующему шагу.
За окном густел туман, и едва заметный свет пробивался через заваленные обломками окна. Новый день не обещал быть милосердным, но они знали, что в их силах встретить его с ясной головой и готовностью идти дальше.
Город встретил их туманом, густым и липким, словно пытаясь скрыть свои разрушенные очертания. Серое марево стелилось над землёй, делая каждый шаг осторожным, а улицы – загадочными коридорами, ведущими в неизвестность. Дом за их спинами медленно растворялся в плотной дымке, как и всё, что осталось в прошлом.
Мила шагала впереди, сжимая в руке карту. Её движения были уверенными, но взгляд постоянно метался между узкими проёмами между домами, залитыми тенью. За ней следовали Олег и Татьяна Павловна. Он поддерживал её за локоть, стараясь не утратить бдительность. Замыкал группу Данила, держа ружьё наперевес. Его глаза, казалось, ловили малейшие изменения в окружающей их тишине.
Они шли молча. Даже глухие и редкие звуки их шагов казались чужеродными в этом месте, где воздух напоминал застывшую жижу. Разрушенные дома, лишённые окон и дверей, стояли пустыми коробками, словно стерегли свою мрачную тайну. Сломанные вывески, согнувшиеся столбы и изуродованные автомобили завершали картину хаоса.
На асфальте мелькнули длинные борозды, блестящие, будто покрытые маслом. Мила, внимательно следившая за дорогой, остановилась и жестом показала остальным. Данила приблизился, опустившись на колено. Он провёл пальцем рядом с бороздой, но не коснулся её.
– Свежие, – тихо сказал он, поднимая голову. Его голос прозвучал ровно, но в нём угадывалась скрытая тревога.
– Это черви? – спросил Олег, оглядываясь по сторонам.
– Скорее всего, – ответил Данила, поднимаясь. – И они были здесь недавно.
Мила стояла чуть в стороне, вглядываясь в даль. Её губы сжались в тонкую линию, а брови сдвинулись.
– Давайте двигаться дальше, – наконец сказала она, обернувшись.
Группа продолжила путь. Теперь их шаги стали осторожнее. Туман, казалось, сгущался, сужая поле зрения до нескольких метров. На стенах зданий появились пятна блестящей слизи, стекающие тонкими струйками. Олег, заметив одно из таких пятен, нахмурился.
– Оно ещё тёплое, – пробормотал он, указывая на следы.
– Тогда не останавливайся, – отрезал Данила. Его взгляд коротко встретился с Олегом, и тот кивнул, ускоряя шаг.
Их путь пролегал через двор, когда-то утопавший в зелени. Теперь здесь возвышались лишь обугленные остовы деревьев, словно они сами не смогли пережить, что видели. Остатки баррикад из мебели и мусора выглядели хрупкими и заброшенными. Обрывки тканей, осколки стекла, старые рюкзаки валялись повсюду, как свидетельства отчаянной попытки выжить.
– Здесь кто-то держался, – негромко сказала Мила, её голос дрожал, но она пыталась сохранять твёрдость.
– И не смог, – тихо добавил Олег, опуская взгляд на землю.
Татьяна Павловна остановилась у перевёрнутого стола, покрытого пылью. Её рука слегка дрожала, когда она провела пальцами по деревянной поверхности.
– Это было так давно, но кажется, будто это случилось вчера, – тихо сказала она, её голос прозвучал надломленно.
Данила не ответил. Он внимательно осматривал каждый угол двора, ожидая увидеть движение. Но вокруг было тихо, слишком тихо для места, где кто-то недавно боролся за жизнь.
Когда они вышли из двора, туман, казалось, снова закрылся за ними, поглотив остатки баррикад. Впереди мелькнули очертания нового здания, и группа ускорила шаг.
Мила вдруг замерла, подняв руку. Её взгляд зацепился за что-то в дымке. Все остановились, напряжение нарастало, словно воздух вокруг стал гуще. Данила поднял ружьё, медленно приближаясь к девушке.
– Что там? – прошептал он, стараясь, чтобы его голос не привлёк лишнего внимания.
Мила не ответила. Её глаза не отрывались от одного из проёмов в руинах. Тень, едва заметная, мелькнула и исчезла.
Из-за обломков выскочило маленькое существо. Мила инстинктивно сжала нож, но тут же остановилась. Это была кошка – худая, с растрёпанной шерстью, она метнулась в сторону, исчезнув за грудами мусора.
– Всего лишь кошка, – тихо сказал Олег, выдыхая.
– И она нас чуть не свела с ума, – добавила Мила, убирая нож.
Данила опустил ружьё, но его лицо оставалось напряжённым.
– Мы слишком на взводе, – произнёс он. – Давайте двигаться дальше.
Группа снова двинулась вперёд, оставляя позади двор с остатками прошлого. Туман плотнее сжимался вокруг, словно пытался скрыть от них то, что ждало впереди.