– Ты это о чем? – не поняла Света, но ее насторожили тон и выражение лица девушки. Карина, конечно, не была душой компании и центром позитива, но обычно она всегда скромно улыбалась и всегда отвечала на вопросы четко, без таких вот непонятных выражений. Что-то случилось, поняла Света, и что-то серьезное, раз даже сдержанная и скупая на эмоции Карина вдруг так говорит. – Что-то случилось, Кар?
– Ну, случилось – не случилось, а я теперь в полном дерьме. – И «Карина» смачно стукнула стаканом о стойку, чтобы усилить эффект своих слов.
– Да что с тобой?
– Это не со мной, это с долбаными людьми что-то! – взорвалась девушка, не поднимая головы от стакана. – Со мной как раз все в норме. Пашу как лошадь, много не требую, прихожу-ухожу всегда вовремя. Нет, Светка, это не со мной что-то, это я тебе говорю.
– А почему же ты тогда как туча?
– Да потому что уволили меня! – заорала «Карина» в лицо растерянной Свете, – вышибли! Дали ногой под зад! Выперли! Вышвырнули! Попросили! Поперли! Понятно тебе теперь или нет?!
Ошеломленная Света только кивнула головой, даже не найдя слов. Люди в зале изумленно оглянулись на орущую девушку, видимо, ожидая, что сейчас будет драка – бесплатное шоу, но увидев, что ничего подобного не назревает, быстро потеряли интерес к происходящему. В баре люди часто кричат, плачут и смеются, здесь это так же естественно, как на приеме у психоаналитика, в конце концов, все они ходили сюда не от хорошей жизни и привыкли, что время от времени кто-то выпускает пар, а потом заполняет образовавшуюся пустоту спиртным.
– Извини, – через несколько секунд пробормотала «Карина», по-прежнему глядя в стакан, – не надо было срываться. Просто я не какой-нибудь проклятый олигарх, чтобы о деньгах не думать. Расстроилась я очень, понимаешь?
– Понимаю. Я сама в таком деперсняке была, когда меня с овощебазы поперли! Работа нас кормит, а без нее, проклятой, никак, это точно. Давай я тебя угощу.
Света уже протянула руку к кошельку в сумочке, но Карина быстро – на удивление быстро – перехватила ее и сжала мертвой хваткой.
– Не надо, я пока не нищенка. Сама могу себе бухло купить.
– Я же по-дружески… – захлопала глазами Света.
– Знаю, и спасибо тебе за это, но ночь длинная, а мне надо много выпить сегодня. Успеем еще и мои, и твои пропить.
– Ну, тогда ладно. – Проговорила явно обрадованная такими новостями Света.
Она подозвала тощего бармена и заказала пиво с орешками, тут же поделившись с ним печальной новостью подруги. Девушки выпили по бутылке, когда в баре наконец появилась Евгения в сопровождении своей подруги и соседки Ани. После шумного приветствия обе новоприбывшие поинтересовались причиной столь угрюмого лица своей молодой подруги, а когда услышали новости, настроение упало у всех троих.
– Вот это день – чистое дерьмо! – воскликнула главная горничная, – меня-то хоть не уволили пока, но уволят, как пить дать, уволят, если к приезду этого старого хрыча дом не будет в порядке. А как ему быть в порядке?! Мало того, что эти клуши ни хрена работать не хотят, приходится каждую погонять, как чертова мула, так теперь одна еще и укатила в Киев. Папаша у нее копыта вот-вот откинет. Ну как я могла ее не отпустить? Отпустила, конечно, только вот что мы без лишней пары рук будем делать, понятия не имею! Но у меня хоть не так все плохо, – проговорила она, глядя на печальное лицо Карины.
– Да, сегодня, судя по всему, всероссийский день дерьма и невезухи. Ура, товарищи. – Кисло прокомментировала Карина, поднимая стакан с пивом.
– Девочка моя! – воскликнула сочувственно Евгения, обнимая Карину, – давай я тебя угощу! Зальем вместе твою неудачу! И не отнекивайся, старших надо слушать! – тут же безапелляционно заявила она, видя, что девушка намерена отказаться.
– Тоша! Поди сюда, золото мое, – позвала она тощего бармена с самым несчастным в мире лицом, – налей-ка моей подруге «Миллер», ее уволили сегодня, представляешь?
– «Представляешь?», – мрачно передразнил бармен, не меняя выражения лица, – если бы за каждый раз, когда я наливаю очередному уволенному, мне платили рубль, Ялта была уже моей дачей.
– Ты давай не паясничай, – одернула его Евгения, – легко на мороз харкать, когда жопа в тепле. Посочувствовал бы!
Бармен ничего не ответил, молча налил пиво в большой бокал и удалился к другому концу стойки. Подруги выпили, что очень оживило разговор, и стали делиться по очереди своими историями на тему «а вот когда меня уволили из…», каждая перебивала другую, и все они стремились завладеть вниманием несчастной и подавленной Карины, каждая пыталась убедить ее, что пережила времена и пострашнее, и что ее увольнение – еще не конец света. Так они проявляли свою заботу о ней, как о подруге.
– Может, и не конец, – не выдержала все-таки Карина, – когда у тебя есть хоть какие-то накопления и когда ты в родном городе. А я тут вообще на правах бомжа, хату снять будет не на что, и пойду к тебе, Аня, на вокзал ночевать. Была бы я дома, так давно бы уже на все плюнула, а когда ты в чужом месте без родни, работа для тебя – всё.
