Дети настороженно переглянулись – не нужно было иметь недюжинный интеллект, дабы понять, что говорит он о Всё-моё, пропавшей прошлой ночью. Но почему она? Каковы критерии отбора? Чем чокнутей, тем достойней? Тогда они вдвоем, получается, тоже полусумасшедшие.
Осознав, что пауза слегка затянулась, Даша поспешила продолжить расспрашивать. Ей нисколечко не хотелось, чтоб синоптик догадался о появившихся у них собственных выводах.
– А вы ими управляете?
– Вы действительно так считаете? Благодарю, благодарю… – метеоролог расплылся в восторженной улыбке, его маленькие глазки утонули в веках. Но уже следующий вопрос заставил его посерьезнеть: Дашка осторожно полюбопытствовала, связаны ли мангинтеры со смертью бывшего школьного сторожа.
– М-м-м… – Толстяк минуту, не меньше, чередовал молчание с мычанием. Затем сказал: – Скажем так, в этом не было его вины. Избежать этого было невозможно, возникла необходимость в человеческом головном мозге. Единственно, он удостоился посетить, как говориться, не то место не в то время, из чего следует, что на его месте мог оказаться некто другой. Но не переживайте, нужность в мозговом веществе возникает всего-то раз в пятьдесят лет. Имеются еще вопросы?
Вопросов не было. И понимания, что делать дальше, тоже. Дядька подозрительный, но без него им вовек из этой пещеры, или что это на самом деле, не выбраться.
– Превосходно. Прежде чем отправиться, нужно провести один ритуал, – сказал соглядатай погоды и продолжил, говоря торопливо и обходительно: – Не переживайте, все достойные через него проходят, и ваша жизнь изменится, как не могли и вообразить! Прижмите ноготь большого пальца к переносице. Закройте глаза, ничего сложного. И скажите: Лимвио!
Тут у Артёма в животе ёкнуло. Именно это пытались сделать сегодня одноклассницы перед приходом Станиславны! Этот обряд – не что иное, как самостоятельное накладывание на себя заклятья беспамятства и покорности! План созрел моментально: и он, и Дашка сжульничают с ритуалом и будут притворяться околдованными, пока не появится возможность сбежать. Но как предупредить сестру? Ох, и непросто же это под пристальным взглядом метеоролога! Тёмка легонько ущипнул Дашу за плечо, про себя уповая, чтоб она поняла намек.
– Давайте, – ласково поторопил синоптик.
Тёмка поднес большой палец к переносице, задержал в миллиметре от кожи.
– Лимвио.
Даша сделала все необходимое одновременно с братом.
На рыхлой физиономии метеоролога возникло выражение превосходства. Смотрелось оно поразительно обыденным, словно никаких других эмоций это лицо раньше не выражало. Вот же опытный лицедей!
– Ко мне, – приказал толстяк. Взял канделябр в другую руку.
Брат с сестрой шагнули вперед. Тёмка с трудом сохранял деланную невозмутимость. Он не мог понять, околдована Дашка или нет, а выглядела она насквозь бездушной.
– Невозможно больше находиться в этом месте. Клятые карлики, не дали отдохнуть в пятничный вечер, – проворчал синоптик злобно и протяжно зевнул. Его колени и все, что ниже них, облепили шары. Мячи почернели, и толстяк начал взмывать вверх, как на замедленно движущемся невидимом лифте, забирая с собой единственный источник света.
Дождавшись, пока пещера наполнится тьмой, Артём тихо спросил роботоподобную сестру:
– Ты же не?
Даша как не слышала. Взволновавшись не на шутку, Тёмка схватил ее, вроде бы, за локоть. И вдруг сестра начала размеренно подниматься – очень уж незаметно вернулись обратно шары. Брат выпустил сестрину руку, оставшись с темнотищей один на один. Далее гелеобразные пришельцы слились с его лодыжками. Дыхание перехватило, Тёмка будто по колено погряз в корыте с мазутом, которое оторвалось от земли, плавно отправившись из кромешного мрака в темноту со звездным сводом.
Шары доставили Артёма на плато конечной возвышенности насыпного кряжа. Оказывается, пещера находилась прямо под серым «блинчиком». Тёмка часто здесь бывал, однако отверстия в каменном слое никогда не видел. Последний раз он прогуливался здесь с Димкой несколько дней назад. Дыры не было! Не заметить среди бела дня лаз, через который свободно проходит Океан, попросту невозможно! Зато сейчас отверстие есть, вон, светится тьмой. Не иначе, ее инопланетяне пробурили, и совсем недавно.
Поставив Тёмку возле сестры, сферы освободили его ноги и, откатившись, исчезли из поля зрения.
– Сюда! – прозвучал снизу требовательный тон метеоролога. Тот торчал у подножия мини-горы на небольшом возвышении типа ящика или муравейника. В одной руке держал, кажется, канделябр с потухшей свечкой, другую положил на какую-то подставку на уровне груди.
Брат и сестра двинулись вниз по косогору. Артём с особым усердием строил из себя андроида. Но спускаться, ограничиваясь несколькими движениями, было непросто, посему немудрено, что со стороны он напоминал парализованного киборга. Сойдя, брат и сестра замерли перед синоптиком. Он стоял не на муравейнике, а на внушительных размеров сегвее, должно быть, сделанном на заказ как раз под его пропорции.
