Идущий следом зверолюд сразу сделал соответствующую пометку.
— Эм… Мы ведь тут уже проходили. Можно было от поворота начать проверять коридор, — заметил парнишка, на что попутчик, не оборачиваясь, огрызнулся: — Отстань. Лучше сразу начну привыкать. И вообще… Не сбивай со счёта. Но говори, если что-то дельное в голове появится.
— Угу.
По началу они двигались медленно, тщательно проверяя путь перед собой, без проблем миновав первый поворот. Затем второй. Третий. Четвертый… Ничего не происходило. Лабиринт казался пустым. Не нашлось ни единого намёка на опасности: никаких ловушек будто бы и не было вовсе, как и следов существования упомянутых «золотых пауков».
Постоянно двигаясь вдоль правой стены и рисуя мелом стрелки, наёмник начал терять свою изначальную настороженность, периодически поглядывая на светящиеся золотые полосы в стенах. В прочем, простукивание копьём пола перед собой не прекращалось. В отличие от товарища, беспокойство зверолюда, напротив, только росло. Поверить в лёгкость некоего «испытания», после всех туманных намёков Самди и короткого общения с предположительным хозяином этого места, он попросту не мог. Как не мог и понять, в чём именно заключался подвох.
Признак грядущих неприятностей обнаружился после одиннадцатого поворота, когда шедший впереди начинавший скучать мужчина вдруг остановился.
— Впереди что-то валяется на дороге, — сказал он, а сделав несколько шагов и получше разглядев находку, холодно добавил: — Трупы гномов…
Пояснение было лишним. Выглядывавший из-за спины проводника зверолюд и сам успел разглядеть лежавших посреди коридора четырёх или пятерых мертвецов.
— Малой, слышишь что-нибудь?
— Нет. Даже эха нет. Вот…
Соблюдая осторожность, охотники за наживой приблизились к покойникам. Место жестокой расправы над гномами выглядело странно. Пять трупов валялись в центре широкого коридора. Шестой виднелся немногим далее основной группы. Импровизированное оружие обнаружилось подле хозяев. Двое, даже умерев, не выпустили из рук кирки. Настоящий короткий меч нашёлся всего один, валяющимся у стены и, судя по всему, когда-то принадлежал низкорослому воителю, единственному, кто был облачён в кольчугу, а не повседневную простую тканевую одежду. Следы битвы так же имелись в виде засохших буровато-красных пятен и вытекших из мертвецов лужиц крови. Удалось найти и остатки разорванных пустых мешков. Несколько казавшихся не тронутыми сумок с рюкзаками виднелось прислонёнными к стене, поблизости с одиноким покойником.
Приблизившись к пугающим находкам, не оборачиваясь, наёмник строгим тоном велел: — Подожди в сторонке, Дайн. Я сам… Всё тут осмотрю. Не стоит тебе такое видеть.
— Спасибо… — растерянно промямлил шедший на некотором расстоянии мальчишка, — но уже ведь видел остатки монстров по пути сюда. Ты ведь тогда ничего не говорил! И на живых смотрел… Со мной всё в порядке будет. Вот…
— Ну, как знаешь, — пожал плечами мужчина, окинув взглядом потолок, а затем со словами: — Паутины нет. Сверху не нападут, — присел возле ближайшего мертвеца, осматривая оставленные убийцами раны.
Ирбис старался держаться уверенно, убеждая себя в том, что не испугается и выдержит неприятное зрелище. В конце концов, пережив Патрумскую бойню и покидая Великий лес, довелось насмотреться на порождений пепла и тела убитых. Даже в детстве в родном лесу случалось находить останки зверей разной степени сохранности. Да и в странствиях доводилось сталкиваться с трупами разумных, а кое-кому помогать расстаться с жизнью. Вот только почти во всех тех случаях он именно что защищался, спасая собственную шкуру. Сейчас же, видя на полу лабиринта шестерых гномов, чьи изувеченные тела оказались усеяны множеством маленьких окровавленных ран, к горлу почувствовавшего дурноту зверолюда подступил ком.
Сам юноша не ожидал такой реакции организма, считая себя более стойким. Некоторых усилий стоило сдержать рвотный позыв и, похлопав ладонями по щекам, взять под какой-никакой, а контроль, вспыхнувший страх, отгоняя прочь мысли о том, стоило ли вообще покидать дом, отправляясь в опасное путешествие.
Усилием воли подавив приступ паники, юноша сначала изумлённо, а затем возмущённо уставился на наёмника, перешедшего от осмотра ран к обыску карманов покойника.
— Что… Что ты делаешь, Арваде?
— Мародёрствую маленько. А на что похоже? — сухо отозвался человек.
— На это и похоже. Но ты ведь сам говорил… Осуждал подобное!
— Никогда мародёрку не осуждал. Это ты сам чего-то нарешал. И не надо мне тут нравоучений! Мертвецам деньги не нужны, а мне пригодятся. Да и тебе тоже. У этого кошелёк есть. Добычу с них, так и быть, пополам поделим. Лео с претензиями на долю с этих трупов пусть в бездну катится.
— У них родственники есть, — обвиняюще заявил молодой странник.
