Ироническая империя: Риск, шанс и догмы Системы РФ полностью

Система РФ – это система срезания углов, спрямления и сокращения пути ценой нормы. У этой манеры в русском прошлом есть великие образцы. Конструктор Сергей Королев, не имея достаточно сильного двигателя для броска человека в космос, просто связал три слабых двигателя в пучок «веником». Но не имея задач, которые сегодня реально решать таким образом, Система срезает углы всему миру, «обстругивая» устройство России и планеты. На первый план в ней выступает русский нигилист.

В допинговых скандалах вокруг зимней Олимпиады 2014 года эта философия вскрылась весьма наглядно.

Михаил Эпштейн: «Изобретение путинизма, которое потенциально может завершить ход истории: холодная ненависть, которая упорно ищет слабые места в миропорядке и расчетливо в них бьет, оставаясь по сути беспричинной и бесцельной»[31]. Не стоит преувеличивать демонизм там, где царит извращенная версия рыночной калькуляции издержек и выгоды. Даже в убийствах здесь заметна схема аномальной калькуляции.

Верткость Системы РФ не самоцельна. Она выживает, как может, даже когда реально не находится под угрозой. Но как ей об этом узнать?

Власть новой России не столько построена, сколько сложилась при известных обстоятельствах. Важны ресурсы, доступные для ее ранней формы. Форма хранит оттиск генеалогии, тех забытых первоситуаций.

Несовременность России является намеренной практикой. Она создавалась искусственно, а не струится из глубины веков. Взглянув на цифры российской экономики последних тридцати лет, с ее колеблющимися долями зависимости от экспорта сырья, мы обнаружим, что и сырьевая идентичность была избрана и поддерживается намеренно.

Экономика, власть и самосознание Системы РФ формировались одновременно. Систему РФ структурирует случайная синхрония цепочки необязательных факторов. Не будь совпадения отчаянных бедствий с бумом нефтяных цен в первое президентство Путина, Система не сложилась бы в виде ресурсной империи. Добавка путинского режима лишь принцип резервирования остатка, распределяемого среди населения (идея осталась бы пустым словом, если бы не сырьевой «пузырь» 2000-х).

Ресурсная Россия выдумала себя такой и сохраняет в таком состоянии. Цена выбора колоссальна и будет расти.

Странная сверхвласть президента размещена Конституцией «над» основными властями, что уже в 1990-е превращало любую из властей в урезанную. Гарантией сдерживания властями друг друга назначены были не они сами, а присматривающий за ними «гарант Конституции» из Кремля.

У «вертикали власти» были предшественники, главные из них – структуры так называемого процесса демократических и рыночных реформ в 1990-е годы. Казалось бы, там процесс – тут вертикаль, что общего? Общее – сверхзадача власти, отделенной от граждан и вознесенной над ними: поверх субъектов Федерации, поверх жизни земель, их согласия и несогласия. С начала 1990-х «процесс реформ» породил неподвижный центр в администрации президента, который далее рассылал по стране комиссаров под разными именами – представителей президента, губернаторов, уполномоченных ФСБ и Роскомнадзора.

Сегодня вертикаль власти превратилась в обширный, непрерывно действующий генератор конфликтов – и биржу обмена ими.

Во всякой системе возможны поэлементные усовершенствования: оптимизация аппарата, ревизия расходов и звеньев управления и т. п. Но в Системе РФ, начав оптимизацию ее, невозможно успешно ее завершить. Реформированный блок выпадает из нереформируемой системы. Он становится опорой теневой партии в аппарате, готовой бросить вызов статус-кво.

В 2010-е можно говорить об установленном Системой РФ «табу» на апгрейд ее в целом. Приоритет сохранения власти делает невозможной ревизию Системы. Боязнь, что рост эффективности затронет приоритет выживания, невыносима.