— Ты же вернешься до рассвета? — Волова продолжал волноваться.
— Да. Сегодняшняя встреча не должна затянуться, поэтому вернусь часа через четыре, надеюсь. Все, я пошел.
Фуникиро вытащил плащ из рук брата и встал на подоконник. Что-то пробурчав себе под нос, мальчик шагнул в пустоту и, зацепившись за выступ, повис на руках. Удерживаясь на стене при помощи клинка, Киро осторожно спускался на задний двор, где утром сражался с Эрмериусом.
«Ирвио сюда не проберется, да? Лай, кажется, ты ошибся», — ухмыльнулся наемник, спрыгивая на землю.
Обойдя стражников у ворот, мальчик выбрался в город. Еще днем Фуникиро под глупым предлогом узнал у слуг, где находится улица, на которой расположился трактир из письма Гаро. Натянув капюшон плаща почти до подбородка, Киро вышел на пустующую улочку, освещенную парой тусклых фонарей. Наемник, переодически выглядывая из-под плотной ткани капюшона, оглядывался по сторонам, стараясь запомнить как можно больше деталей: в ближайшее время это место станет его полем для игр.
Трактир Киро нашел быстрее, чем предполагал. Здание спряталось в тупике, но крики пьяниц, приходящих туда каждый вечер, быстро выдали его положение. Старый ржавый фонарь освещал вывеску на стене. Бóльшая часть букв стерлась, но сомнений, что Фуникиро пришел в нужное место, не оставалось. Обойдя валяющегося у порога мужчину, наемник зашел внутрь. Его встретили духота и вонь посетителей, заставившие мальчика поскорее пройти к стойке, у которой стоял, казалось, единственный трезвый человек.
— Малец, ты зря сюда пришел, — наклонился к Киро мужчина. — Уходи скорей, не то затопчут тебя здесь.
— Мне нужен Нестфорт, позови его, — проигнорировал слова незнакомца Фуникиро.
— Малец, может, ты спутал что. У нас здесь трактир, детям сюда не положено…
— Будь добр, позови владельца, — продолжал настаивать на своем Киро.
— А зачем он тебе? — прищурился мужчина.
— Это не твое дело. Я прошу в последний раз, позови Нестфорта. — Наемник подошел вплотную к незнакомцу и ткнул спрятанным под плащом кинжалом в его живот. — Или я убью тебя, и Нестфорт придет уже сам.
— Хорошо, — прошипел мужчина. — Я провожу тебя к нему. Но только запомни, если вдруг ты не скажешь ему ничего полезного, то он просто прикончит тебя прямо здесь.
Бросив на мальчика недовольный взгляд, мужчина приоткрыл дверь позади себя и подтолкнул к ней Киро.
— Иди, чего застыл.
Фуникиро, пропустив вперед проводника, шагнул в коридор. Оставив позади шум гостей, они остановились у одной из потрепанных временем дверей. Мужчина на секунду замер, не решаясь постучать. Но, собравшись, поднес кулак к доскам.
— Рут, ты? — донесся из комнаты низкий голос.
— Нестфорт, позвольте зайти. С вами хотят поговорить…
— Кто?
— Он не представился…
Дверь открылась. Киро опустил голову, полностью скрывая свое лицо от владельца трактира.
— Ты привел ребенка? — рявкнул на Рута Нестфорт. — У меня нет времени на подобное! У нас здесь не церковь, куда могут прийти все несчастные сироты.
— Я сказал ему убираться, но он потребовал встречи с вами… Я даже предупредил, что вы убьете его, если он не скажет ничего полезного.
— И он все равно настоял на своем? — Нестфорт наклонился к мальчику. — Что же ты хочешь мне сказать?
— Вы же Нестфорт, владелец этого трактира, я прав? — не поднимая головы, спросил Киро.
— Да, это так.
— У меня для Вас письмо. — Юный наемник протянул мужчине конверт.
— От Гаро? — удивился Нестфорт. — Заходи в комнату. Рут, запри дверь.
Подойдя к своему столу, владелец направил свет лампы на мальчика, пытаясь его лучше рассмотреть.
— Ты наемник? Покажи метку.
Метка — доказательство, что человек является наемником. Ее выжигал на теле человека глава, когда на клинок будущего наемника наносилась гравировка. Вместе они давали возможность зарабатывать на жизнь, выполняя заказы, поступающие от глав.
Киро молча засучил рукав плаща и поднял руку вверх, показывая Нестфорту желаемое.
— Какая маленькая, — усмехнулся глава. — Такую так просто не заметишь. Неужели скрываешь ото всех, что ты наемник?
Киро промолчал.
— Я удивлен, что Гаро прислал ко мне наемника подобного тебе. Как давно ты получил метку?
— Не ваше дело, — огрызнулся мальчик.