— А если он не захочет? Я не хочу принуждать Киро к чему-либо силой.
— Насчет академии не переживай. Он пойдет туда, чтобы стать сильнее и защищать дорогих ему людей.
— Но он же не может защищать всех сразу, а если выбирать между мной и Воловой, Киро выберет брата, — опустил взгляд принц.
— Так стань ему ближе брата. Я не вижу в этом проблем. Если с этим будет нужна помощь, можешь спокойно обращаться, я помогу.
— Это конечно хорошая идея, но… Из-за смерти Кауре Киро и остальные скоро уедут.
— Не переживай. Их родители на другом конце страны, неужели ты забыл? Я отправлю письмо им завтра утром, и приехать они смогут не раньше, чем через неделю. А неделя, это довольно много. К тому же Волова будет больше времени проводить со своей невестой. А Киро можешь поддерживать ты.
— Отлично! — слабо улыбнулся мальчик.
— Скажи мне, Эрмериус, — король положил руки на плечи сына. — Ты не выглядишь расстроенным, скорее обеспокоенным за Киро… Тебя совсем не расстроила смерть Кауре?
— Конечно расстроила, — прикусил губу Эрмериус. — Мне очень жаль ее… Но она уже умерла, с этим ничего не поделать. Сейчас куда важнее Киро, который еще жив. Я думаю, Волова согласен со мной. Он ведь тоже отдал приоритет заботе о Тайли, а не оплакиванию Кауре. С ним должно быть интересно чуть позже, когда он займет место своего отца. Если он не изменится, из него выйдет хороший граф.
— Мне нравятся твои рассуждения. Еще раз убеждаюсь, что мне повезло с сыном.
— Раз уж вы вспомнили про сына… Вам следует поговорить с матушкой. Она, кажется, вас искала.
— Хорошо, не знаешь, где она?
— Она… — Эрмериус вздохнул. — С Воловой и Тайли.
— Понял, сейчас пойду к ним. А ты, если не сложно, последи за Фуникиро, он может проснуться.
Принц кивнул и, как можно тише открыв дверь, скрылся в полумраке покоев короля, собираясь провести ближайшую ночь наблюдая за спящим другом.
========== Глава 16. Прости, Гаро ==========
Потянулись дни. Киро не разговаривал ни с друзьями, ни со слугами. Он молчал сутками напролет, не отвечая даже на простейшие вопросы. Мальчик проводил большую часть времени на балконе, где раньше танцевал с Кауре. Тайли постоянно плакала, прячась в объятиях Воловы. Но даже она пыталась приободрить Фуникиро. Эрмериус же не отходил от друга ни на минуту. Он просыпался раньше Киро и ждал, когда мальчик проснется уже в комнате Рисаберов. Принц уговорил отца дать ему возможность пропустить несколько дней учебы, боясь оставить подавленного Киро одного. Эрмериус не говорил с другом, он просто оставался рядом, ожидая любой просьбы или просто слова. Но Фуникиро молчал. Только на третий день из него удалось вытянуть пару слов. Эта пара слов вызвала солнечную улыбку у принца, который уже начинал терять надежду. На четвертый день, решив рискнуть, Эрмериус предложил Фуникиро присоединиться к Тайли и Волове и выпить с ними чай. На удивление, мальчик согласился и впервые со смерти девочки вышел из помещений замка.
По просьбе Тайли чаепития стали проводить во дворе, как можно дальше от злосчастных балконов и перил. Девочке все еще не хватало духа просто находиться рядом с ними. Король предложил проводить их и перед самым сном, тем самым не давая детям оставаться по вечерам один на один с собой. На вечерних чаепитиях все наслаждались обществом друг друга, стараясь практически не разговаривать: хватало просто взглядов.
— Как ты, Киро? — спросил Волова, облокачиваясь на круглый стол, за которым собрались все дети. Будущий граф в последнее время практически не пересекался с братом. Мальчик впервые столкнулся с подобной ситуацией. Он привык, что Киро всегда спокоен и холоден, но сейчас младший Рисабер был обыкновенным ребенком, которому нужна поддержка. Воло не знал, что сказать Фуникиро, как приободрить его, поэтому решил оставить все в руки принца.
— Что ты хочешь услышать в ответ? — сухо прохрипел Киро, поворачиваясь к брату. — Мне кажется, тут все и так понятно.
— Я просто… — растерялся мальчик.
— Просто помолчи, — оскалился младший Рисабер. — Твои слова не помогают.
— Открой рот, — между братьями возник принц, протягивающий Фуникиро печенье.
— Я не хочу, — выставил перед собой руку Киро.
— А я тебя и не спрашиваю, — улыбнулся Эрмериус. — Ты смотри, как похудел, если продолжишь ничего не есть, от тебя останутся только кожа да кости. А таких в военную академию точно не берут.
— Академия… — мальчик вздохнул, забирая у друга печенье. — Еще не известно, когда пройдут вступительные испытания?
— Я уже говорил, отец обычно их оставляет на конец лета. Но ты можешь не волноваться, даже если на них все пойдет не так, как надо, тебя все равно примут. Отец всегда держит свое слово.
— Ясно…
— Раз ты уж заговорил о военной академии, не хочешь потренироваться? — принц указал на мечи, лежащие неподалеку.
— Нет.
— Но…
— Я не подниму меч ни на одного из вас. Сколько не просите, — голос мальчика задрожал. — Я должен вас защищать.