На Горроне были южные шаровары и рубаха, а на правой руке сверкал серебром наплечник. Не родись герцог белолицым и синеглазым, можно было бы счесть его за местного аристократа.
«Как же он ловко перевоплощается, чувствуя себя везде как рыба в воде», — отметил про себя Юлиан, невольно поражаясь такой способности.
— И вы здесь только из любопытства? — поинтересовался он.
— Любопытство, мой друг, это единственное, что держит меня здесь и будет держать, пока я собственными глазами не увижу конец этого мира. — И Горрон обаятельно улыбнулся, сверкнув клыками.
Вериатель же, недовольно фыркнув, скакнула боком, призывая сесть на нее, но Юлиан не отреагировал. Тогда она боднула красивым лбом своего избранника. Но и в ответ он лишь погладил ее и чуть отодвинул.
— Куда лежит ваш путь?
— Как пообщаюсь с вами, Юлиан, то отправлюсь в Нор’Эгус. Поговаривают, где-то там обитают, прячась, другие старейшины, и мне следует отыскать их, чтобы познакомиться.
— Ваше путешествие будет опасным. Нор’Эгус сейчас воюет с Нор’Мастри, а вскоре к войне присоединится Элейгия. Королевства собирает у себя всех магов, и каждый из них может обнаружить ненароком бессмертного.
— Однако вы сами здесь, в Элегиаре, в сердце магии.
— Хм… — Юлиан нахмурился. — Я оказался здесь не по своей воле…
— Вас привели?
— Можно сказать и так. Это какая-то игра, в которую меня вовлекли. Я чувствую это, но не понимаю инструмента, которым они пользуются, и, самое главное, — цели. Сначала я считал, что мне это кажется. Но теперь уверен, что матуш… госпожа Лилле Адан вынашивает планы, в которые меня не посвящает, а в помощниках у нее один из величайших магов, о котором тоже никто не ведает.
— И поэтому вы остались здесь, куда вас привели и где в любой момент могут использовать для своего плана? Опрометчиво. И куда опаснее моего путешествия. Почему, если чувствуете угрозу, не убегаете?
— А куда мне бежать, господин Донталь? К Летэ, который обязан Лилле Адан жизнью? Что я ему скажу, пока у меня на руках нет доказательств? Или к… — лицо мужчины передернулось от ненависти, — господину Тастемара?
— Филипп всем сердцем хотел бы вас увидеть, — неожиданно серьезно сказал Горрон.
— Ох да, всем сердцем… — Юлиан ухмыльнулся. — Хоть он и был прав насчет графини Лилле Адан, но не пойду я к нему. Признаться, хотелось бы бежать куда глаза глядят, чтобы потеряться от тех, кто привел меня сюда, и позже с новыми силами начать искать ответ. Сперва я хотел сойтись с вами. Однако, как видите, судьба сама распорядилась — и вы уже стоите передо мной. Или и это неспроста? — и он вскинул взгляд на герцога.
Герцог тоже оглядел Юлиана, отметил его напряженную позу, его руку, готовую в один миг выхватить кинжал из ножен.
— Вы уже никому не верите… Даже мне… — сочувственно заметил герцог. — С самого моего появления, Юлиан, вы ожидали от меня подлого удара и готовы были ответить на него. Не просто так вы не отходите от своей кобылицы, рассуждая, что она поможет вам при схватке со мной, если это произойдет. А я, между прочим, один из немногих ваших истинных друзей…
— Извините, но жизнь доказала мне, что веры нет даже друзьям, потому что им предать проще всего.
Юлиан усмехнулся, сглотнул и неосознанно потянулся к Вериатели, пропустив между пальцами ее шелковистую гриву. Та, доселе застывшая, встрепенулась и снова попробовала обратить внимание избранника на себя. Впрочем, это не возымело эффекта: Юлиан пристально смотрел на Горрона.
— Так что привело вас сюда, господин Донталь?
— Хорошо, обманывать не стану, хотя и сказанное мной ранее не было обманом. Просто мой ответ вам не понравится. Наш общий друг Филипп фон де Тастемара печется о вас, поэтому по его просьбе я заехал и к вам, чтобы поговорить о нем.
— У Тастемара до сих пор зудит от суда?
— Хочу заметить, что, помимо недоверчивости, вы стали жестоким. Где же тот добряк Уильям?
— Такова жизнь, — сухо закончил Юлиан.
— Жалко, жалко… А я как раз хотел убедить вас бежать к Филиппу. Он бы укрыл вас от любых невзгод и помог. Бросить все прямо сейчас, на этом слове. И бежать к нему… — И Горрон взглянул на демоницу, которая замерла и словно тоже ждала ответа. — Но по вашему лицу, Юлиан, я уже вижу, что даже на пороге смерти вы этого не сделаете.
— Господин Донталь. Зачем вы бередите прошлое… Я хотел обсудить с вами совсем другое, то, что происходит со мной сейчас! Выслушайте меня!
— А нужно ли, если я уже даю вам готовое решение?
— Так быстро? — Юлиан вздернул брови.
