Снова вопли, угасающие, прямо за дверью. Кто-то попытался вломиться к вампиру, но не успел. Запах паленого мяса. Тихие стоны, и теперь никто никуда не бежал. Ноги Юлиана лизнули языки пламени, и он скинул затлевшую туфлю. Распахнув дверь, он увидел обожженные трупы. К празднику дворец украсили напольными коврами, вывесили гобелены, достали все самое яркое и цветастое — и все это сейчас заполыхало, а то, что не загорелось, затлело, испуская едкий дым. Некоторые придворные были еще живы и стонали, были и те, кто в пьяном угаре не понимал, что происходит. Однако, не найдя среди них никого близко знакомого, вампир переступил через одного аристократа из Аль’Маринна и кинулся по лестнице, на которой вовсю горела дорожка. Оттуда — еще выше, ища по дороге глазами хоть какое-то оружие, пока не нашел его на трупе одного из знатных гостей из Нор’Мастри.
Вынув саблю из тлеющих ножен, Юлиан побежал по пустым коридорам к залам, где проходило пиршество. Навстречу ему порой кидались из комнат обезумевшие люди, искавшие выход. Кто-то сбивал с себя пламя.
Из-за угла донесся топот — оттуда, задыхаясь от дыма, выскочил помощник капитана гвардии, оборотень Сирагро, с которым бежало несколько обращенных волков с подпаленной шерстью. С непокрытой головой, яростный и обозленный, он впился глазами в Юлиана, также хватаясь за рукоять меча, пока наконец не узнал его.
Волки окружили вампира.
— Где достопочтенный? — рыкнул Сирагро.
— Советник? Я не знаю!
— Тогда убирайся на улицу! Там… Там есть кто-нибудь еще?!
И Сирагро, указав пальцем за спину Юлиана, закашлялся, уткнулся лицом в рукав, чтобы не дышать черным дымом, который стремительно заполнял коридоры. Языки пламени лизали картины, ковры, гобелены и трещали. От жары волки высунули языки и тревожно принюхивались, нервно кружа вокруг командующего.
— Многие умерли. Огненный шторм! — ответил Юлиан. — Где Абесибо? В зале?
— Нет, его там не было! Это кто-то из его прихвостней пустил огонь. Абесибо там, где и остальные изменщики. Пробивается в Коронный дом!
— Так король жив?
— Да, я же оттуда! Он успел с гвардией скрыться в Коронном доме. Они все ушли на штурм башни. Помоги найти выживших! И в сад их, к реке! Мы соберемся там и атакуем со стороны залов, когда прибудет гвардия!
— Кого ты атакуешь, болван, если здесь скоро будет дым колом стоять? — крикнул Юлиан. — Из сада уже не попасть в башни.
Сирагро растерялся. Он об этом не подумал.
— Чертовщина… Тогда хотя бы спасти тех, кого можно! И в сад их. А наши уже атакуют со звоном колоколов на площади. Скоро прибудет еще гвардия. Стой. Стой! Куда побежал! Там все мертвы! Позади все мертвы!
Однако Юлиан уже несся по коридорам туда, где шло побоище. Сирагро же, махнув рукой, отдал приказ своим, и маленький отряд из оборотней скрылся в коридорах, чтобы найти еще выживших и собраться в саду. Волки бежали впереди, водили ушами и слушали окружение.
Огонь лизал стены и пол. Дым становился все гуще. Рука Юлиана крепко сжимала саблю, другой рукой он вытирал испарину. Сначала нужно проверить зал, чтобы найти советника. Но успел ли тот вернуться на пир? Или до сих пор сидит в комнате с Латхусом? Если он его не найдет, то нужно будет пробиться к Древесному залу. И кто знает, может, удача улыбнется ему и он успеет отомстить Абесибо Науру за свою честь?
Череда коридоров мелькала перед глазами, в глазах рябило и щипало от дыма. Пришлось дышать уже сквозь размотанный шаперон. То и дело из стены дыма на пути вырисовывались распахнутые двери, об которые Юлиан бился плечом. То и дело он едва не спотыкался о мертвецов. Навстречу ему порой выбегали обгоревшие пьяные придворные и те счастливчики, которые по какой-то причине покинули зал в момент вспышки. Он схватил кого-то из несчастных за локоть, пытаясь узнать, как все произошло, но из-за паники никто не смог доступно объяснить, откуда появилось пламя. Кричали лишь, что пламя сожгло сзади всех на своем пути, кто не успел скрыться под щитами. Он отправлял выживших в сад.
Воздух во дворце был раскален, и вампир бежал по анфиладам коридоров, наблюдая, как горят картины, ковры, гобелены и люди.
Горрон как сквозь землю провалился, но Юлиана не покидало ощущение, что с ним все будет в порядке.
Близился пировальный зал. Посреди огненного рокота горящей мебели неслась ругань. Юлиан выбежал из-за угла туда, где раньше собирались придворные низкого ранга. Там маленькая группа людей, в полуобгоревших костюмах, раненая и покрытая ожогами, с трудом отбивалась от девяти магов, забаррикадировавшись за колонной.
Один из магов, в крысином лице которого Юлиан узнал Хоортанара, шипел заклинания огня, пока его товарищи держали щит. Огонь бился в колонну, оплетал ее хлыстом. Но люди за ней были пока вне досягаемости, хотя жить им в таких условиях оставалось недолго. Впрочем, защитники огрызались, грозили оружием, бряцали кольчугами и грязно ругались.
— Что ты, мастрийская собака! — смеялся Хоортанар и щурил из-за дыма глазки-бусинки. — Где же твой клинок для защиты братьев и сестер! Изнеженный пустослов! Выходи на бой!
