— Это опыт… С годами начинаешь понимать причину болезни, едва завидев больного. А у вас глаза именно больные, лихорадочные, Юлиан. Вы сами себя загоняете в ловушку, не желая возвращаться к прошлому. Даже имена, как маски, носите поддельные, чтобы казаться кем-то другим, однако носите паршиво, потому что передо мной сейчас стоит никак не Юлиан де Лилле Адан, а Уильям из Малых Вардцев — деревенский рыбак с коробом. Вы так боитесь своего прошлого, что бежите куда-то не оглядываясь. Именно поэтому я и предложил вам вернуться туда, где все и началось. Однако, видимо, еще не пришло время. Нужно отпустить ситуацию — вы выберете свой путь сами.
Вериатель забила копытами.
— Господин Донталь, что вы такое говорите… — хотел сказать Юлиан, но вскрикнул. — Ай, Вериатель, да что с тобой!
Не выдержав, кельпи заржала и ухватилась желтыми зубами за шаперон, едва не сорвав его вместе с волосами. Горрон наблюдал за этим с полуулыбкой, и в глазах его блестело отражение луны, делая весь облик вампира пугающим. Отвлекшись от того, как происходит отвоевывание шаперона, он бросил быстрый взгляд в сторону башни Ученого приюта и отвесил изящный поклон.
— Прошу извинить меня, — сказал Горрон, — но мне пора. Так много дел и так мало времени! Раз уж вы отвергли мое предложение, то желаю вам, Юлиан, разобраться во всем происходящем в одиночку. Однако будьте осторожны здесь, на Юге, потому что Юг опасен и все его красоты и богатства так кружат голову, что ее легко потерять.
— Подождите! Не уходите!
В небесах вдруг сверкнула молния. Юлиан вскинул голову, не понимая, откуда зимой гроза, и обнаружил, что сверкнуло не в небе, а в башне Ученого приюта. Вторя вспышке, зазвенело стекло. Окно на четвертом этаже разбилось вдребезги, и оттуда вылетел человек в чародейском балахоне. С воплями он рухнул на высокий платан, сломал себе хребет с жутким хрустом, провалился в ветвях, отчего те затрещали, и упал навзничь — уже бездыханный.
Юлиан вздрогнул и посмотрел наверх, где из окна продолжали бить вспышки молний, а потом и огня. До чутких ушей донеслись крики.
— Абесибо, — понял он.
— Кажется, не все спокойно во дворце, — улыбнулся Горрон, разглядывая встревоженное лицо молодого старейшины. — Я бы на вашем месте поспешил скрыться. Судя по всему, какой-то ловкий малый решил сделать из дворца… факел.
На последнем слове вспыхнуло не только из окна Ученого приюта, но и в ратуше, где находился зал с пирующими. Вериатель от этого жалобно заржала, а Юлиан сжал челюсти и судорожно забегал глазами по саду, переводя взгляд то на деревья, то на вспыхнувший дворец. Прочтя сомнение в его глазах, Горрон де Донталь развернулся и неторопливым шагом направился к дворцу.
— Куда вы, господин Донталь?
— Как куда? Из сада можно выбраться лишь через дворец — туда и ведет мой путь. И на этом пути я гляну на столь невероятное зрелище, — отозвался герцог, уже подходя к кустам. — Нечасто увидишь, как вырезают королевскую семью и весь консулат. Ах, до чего же любопытно…
Голос Горрона затих в кустах, и герцог исчез словно тень. Юлиан, нервно поглаживая гриву своей демоницы, поглядел на нее.
— Вериателюшка… Вериателюшка… Жди меня, я скоро приду.
И пока Вериатель протяжно ржала, горестно и моляще, он кинулся от нее напролом через сад, к дворцу. Юлиан побежал к двери, из которой незадолго до этого вышел. Где-то все ближе раздавались крики, прорывавшиеся сквозь стекла. Из сада внутрь можно было попасть либо через окна первого этажа, которые располагались на высоте трех васо, либо через ратушу, куда сначала и побежал Юлиан. Там он схватился за железную дверь, но она оказалась намертво заперта. Тогда он налег на нее плечом, но и тут не вышло. Вспомнив мага, сторожащего вход, он выругался и отошел — значит, ловушка.
Юлиан пытался найти взором Горрона, но след его пропал.
Тогда он схватился за камень, разбил окно, звук показался тишиной по сравнению с теми криками и воплями, которые доносились изнутри. Разбежавшись, он подпрыгнул, ухватился за выступ окна и вполз в один из кабинетов. Устремившись к его двери, Юлиан сначала вслушался в коридор. Толпа, которая была в пировальном зале, похоже, только добежала сюда. Кто-то уже бился в ту самую запертую железную дверь, ведущую в сад.
Истеричные крики о помощи слились в единый вопль. Снова натужный скрип железной двери, которая была заперта, — теперь ее пытались выбить. Затем подступающий далекий гул, будто рычит в пещерах проснувшийся дракон. Предчувствуя недоброе, Юлиан закрыл только что отворенную им дверь, когда вдруг по коридорам, рокоча, стремительно пронеслись столпы огня.
Они гудели и гудели в коридорах, зло рокотали и жгли с шипением все на своем пути.
