Рукопись оставалась в Англии примерно до XIV века и, вероятно, оказалась во Франции в правление Карла Мудрого (1364–1380). Она фигурирует в описях библиотеки Лувра в период с 1380 по 1424 год. В одном из примечаний также указано, что Карл одолжил манускрипт Людовику Анжуйскому, который заказал цикл шпалер на сюжет Апокалипсиса. Несомненно, фламандский художник Эннекен из Брюгге, известный во Франции под именем Жан де Бондоль, работавший при дворе Карла и выполнивший картоны для шпалер, был знаком с манускриптом и тщательно изучил его. Однако, как пишет Эмиль Маль, схемы композиций восходят к гораздо более ранним образцам. Кроме того, на fol. 1r вверху есть надпись: Apocalypsis in picture facta Carolo Magno («Апокалипсис в картинках, сделанный для Карла Великого»), что позволяет предположить, что ранний образец восходил к Каролингскому времени, а затем был скопирован. В поддержку этой гипотезы говорит то, что многие французские произведения на тему Апокалипсиса XIII–XIV веков так или иначе связаны с этим манускриптом, а учитывая тот факт, что манускрипт был создан в первой половине XIII века и попал во Францию лишь во второй половине XIV столетия, есть все основания полагать, что ранний образец был известен во Франции ранее. Однако все это лишь гипотезы.
Манускрипты второй семьи более разнородны, но и более роскошны по исполнению, они, как правило, не содержат дополнительных сцен ни из жития святого Иоанна, ни сцен деяний Антихриста, хотя бывают и исключения. Например, знаменитый «Апокалипсис» из Тринити-колледжа содержит сцены из жизни святого Иоанна. Формат таких манускриптов предполагает одну большую прямоугольную композицию на странице, свободное поле заполняется текстом. Среди, пожалуй, самых известных примеров, кроме уже упомянутого «Апокалипсиса» из Тринити-колледжа, изготовленного по заказу Элеоноры Прованской, жены Генриха III, — «Апокалипсис Дауса» (Бодлианская библиотека, Ms Douce 180)[38], созданный для их сына Эдуарда I и его жены Элеоноры Кастильской. Мягкие, плавные контуры, богатство колорита и внимание к деталям отличают эти две рукописи, созданные с разницей примерно в двадцать лет.
«Апокалипсис Дауса» был предметом восхищения для художников-прерафаэлитов Уильяма Морриса и Эдварда Берн-Джонса, когда они учились в Оксфорде. Моррис считал его одним из образцов «серьезного готического стиля в лучших его проявлениях… демонстрирующим, какими могли быть настенные изображения того периода на севере Европы». Рукопись так и не была закончена, и иллюстрации находятся в разной степени завершенности. Некоторые из них сохранились в виде очень тонких линейных рисунков, другие дополнены сусальным золотом, третьи раскрашены лишь частично.
Роскошный «Ламбетский Апокалипсис» (библиотека Ламбетского дворца, Ms. 209) также заслуживает нашего особого внимания, так как позднее окажет большое влияние на традицию иллюстрирования Апокалипсиса. С начала XVII века он хранился в библиотеке архиепископа Кентерберийского в Ламбетском дворце. Заказчицей и первой владелицей манускрипта была Элеонора де Квинси, графиня Винчестерская (ум. в 1274 г.). Ее образ запечатлен в миниатюрах манускрипта, то есть мы имеем дело с донаторским портретом.
Верхнюю часть каждой страницы занимает обрамленная миниатюра, иллюстрирующая приведенный ниже текст. На миниатюрах преобладают жуткие сцены земных разрушений и изображения неземных чудовищ. После текста Апокалипсиса помещена серия полностраничных миниатюр, которая начинается сюжетами из жизни святого Иоанна Богослова, далее следуют сцены чудес и различные религиозные сюжеты, в том числе Распятие. На последней странице изображен лик Христа в иконографии Спас Нерукотворный — по христианскому преданию, такой образ запечатлелся на ткани, которой святая Вероника отерла пот с чела Иисуса, когда он нес крест на распятие.
