Искусство Апокалипсиса полностью

В нижней части свода стоят двадцать четыре старца Апокалипсиса, они держат в руках струнные инструменты и воздевают к небу руки с золотыми сосудами. Интересно, что здесь мы встречаем Агнца, изображенного в полном соответствии с текстом Апокалипсиса: имеющего семь рогов и семь очей. Как мы помним, в раннехристианском и раннесредневековом монументальном искусстве художники предпочитали такие сложные подробности игнорировать — Агнец Апокалипсиса представлен в виде белого ягненка, и глаз у него только два. В манускриптах уже со всем вниманием относились к подобным деталям, и вот теперь мы встречаем настоящего Агнца Апокалипсиса на стенах крипты собора в Ананьи.

По сторонам видения Господа во славе — херувимы и падение мятежных ангелов. Слева — четыре херувима обрамляют центральную монограмму «Альфа и Омега». Справа, в центре свода, — изображение драгоценного креста, а вокруг ангелы Господни борются с мятежниками и повергают их. «Хорошие» ангелы изображены в хитонах и гиматиях, мятежники уродливы и обнажены, из одежды на них лишь набедренные повязки. Художник, работавший над этой фреской, постарался придать энергичность и динамику их движениям.

В верхней части стены, справа, непосредственно под сводом, — четыре всадника Апокалипсиса (Откр. 6: 1–8). Правда, сцена не передает ни величия, ни ужаса этого видения. Возможно, всему виной сложная форма, в которую художнику необходимо было вписать композицию.

Напротив, слева, — души христианских мучеников, пострадавших за веру, это изображение тоже восходит к шестой главе Откровения: «И когда Он снял пятую печать, я увидел под жертвенником души убиенных за слово Божие и за свидетельство, которое они имели. И возопили они громким голосом, говоря: доколе, Владыка Святый и Истинный, не судишь и не мстишь живущим на земле за кровь нашу? И даны были каждому из них одежды белые, и сказано им, чтобы они успокоились еще на малое время, пока и сотрудники их и братья их, которые будут убиты, как и они, дополнят число» (Откр. 6: 9–11).

Души мучеников изображены в виде обнаженных фигур у алтаря, на котором стоит Агнец, а за ним возвышается Христос, раздающий им белые одежды; налицо связь этого эпизода с показанной ниже на стене мученической смертью святого Магнуса, мощи которого покоятся в алтаре под видением Апокалипсиса. Таким образом, между апокалиптическим и агиографическим циклами возникает явная и очевидная сведущему человеку связь.

В культуре и философской мысли Италии позднего Средневековья Откровение Иоанна Богослова также оставило весьма значительный след.

В учениях ведущих францисканских богословов, в частности святого Бонавентуры, Франциск Ассизский представал ангелом шестой печати. Комментарии к тексту Откровения писали итальянские экзегеты — к примеру, такие как Маттео д'Акваспарта и Федериго да Венеция. И наконец, величайшее литературное произведение эпохи, «Божественная комедия» Данте, пронизано апокалиптическими образами.

Однако, несмотря на это, в произведениях искусства Дученто и Треченто[54] среди многочисленных нарративных программ не так уж много посвященных Апокалипсису.

Пожалуй, самым ярким примером является пара панелей из Неаполя, датируемых примерно серединой XIV века, с десятками миниатюрных эпизодов из Откровения; сейчас они хранятся в Штутгарте.

В Центральной и Северной Италии Апокалипсис встречается нечасто, как правило, это не развернутый цикл, а отдельные образы. Сюда относятся: не очень хорошо сохранившиеся фрески Чимабуэ в южном трансепте верхней церкви Сан-Франческо в Ассизи; фреска Джотто в капелле Перуцци, изображающая Иоанна на Патмосе. В небесах над головой апостола помещены видения — Сын Человеческий и красный дракон, нависающий над Женой, облеченной в Солнце, и ее Младенцем. Недалеко от Феррары, в аббатстве Помпоза, сохранился более развернутый цикл Апокалипсиса, включающий двадцать эпизодов повествования, однако они не занимают важного места, так как расположены в пространстве над арками нефа, под сюжетами из Ветхого и Нового Завета. Наиболее развернутым является цикл на сюжет Апокалипсиса в апсиде баптистерия Падуи — он включает более сорока эпизодов из видения Иоанна.

Баптистерий реконструировали в середине 1370-х годов по заказу Фины Буццакарини, супруги правителя Падуи Франческо I да Каррара. По ее замыслу, баптистерий должен был стать усыпальницей для ее семьи, не теряя своих функций. Внутренние росписи Фина заказала тосканскому художнику Джусто де Менабуои.