Искусство Апокалипсиса полностью

За Савонаролой действительно закрепилась слава пророка, поскольку он предсказал некоторые события; и действительно, с момента первого пророчества (о вторжении войск Карла VIII) до момента казни Савонарола и его сподвижники почти три с половиной года вели проповеди, обличая грехи как аристократии и духовенства, так и простых флорентийцев, и из уст их вырывались «огонь и громы». После казни тело Савонаролы было сожжено, что вполне можно рассматривать как «вознесение в облаках дыма».

Сатана у Боттичелли представлен в виде пяти маленьких дьяволят, он показан полностью побежденным. Однако рождение Женой, облеченной в Солнце, Младенца, согласно тексту Откровения, предшествовало заточению Сатаны. Значит ли это, что Боттичелли изображает нам Рождество, которое происходит в некоем мистическом будущем?

Однако в Средние века считалось, что Сатана может завладеть человеком и войти в его тело только посредством одного из пяти чувств и что с Рождением Христа эти демоны были изгнаны из тел людей.

Несмотря на все эти связи, которые теперь, после нашего разбора, должно быть, кажутся вам достаточно очевидными, Боттичелли не просто иллюстрировал образы Савонаролы — он интерпретировал его идеи по-своему. Возможно, отчасти потому, что ему следовало быть очень осторожным в своих «художественных высказываниях», ведь Савонарола был в опале и слишком очевидное цитирование могло создать проблемы.

Одна лишь подпись на картине Боттичелли придает ей ярко выраженную апокалиптическую направленность. Это видение самим художником событий, современником которых он был. Савонарола не называл себя и фра Доменико свидетелями из одиннадцатой главы Откровения, не размышлял публично о заточении Сатаны. «Мистическое Рождество» — это произведение, рожденное мыслью самого Сандро Боттичелли под влиянием идей Савонаролы и его последователей, и, несмотря на его довольно меланхолический характер, оно тем не менее несет в себе надежду.

Наверное, ни один разговор, посвященный мотиву Страшного суда в искусстве, не обходится без упоминания фрески Микеланджело в Сикстинской капелле.

^{Страшный суд. Репродукция фрески Микеланджело (1536–1541)}

^{Томмазо Куччони. 1859 г. The J. Paul Getty Museum, Los Angeles, 84.XO.251.3.54}

Когда 31 октября 1541 года фреска Микеланджело на алтарной стене Сикстинской капеллы была открыта в присутствии публики[68], всеобщее потрясение и благоговение было столь велико, что сам папа Павел III упал на колени перед фреской, моля Бога не вспоминать о его грехах в день Страшного суда.

В начале XVI века обострились кризисные явления в религиозной жизни, западный христианский мир раскололся на протестантизм в различных его вариациях и католицизм. В такой обстановке выбор темы росписи для алтарной стены оказался далеко не случайным; кроме того, это была логическая кульминация всего цикла, создаваемого в Сикстинской капелле на протяжении полувека самыми выдающимися мастерами своего времени.

«Клименту хотелось, чтобы на этих стенах, а именно на главной из них, там, где алтарь, был написан Страшный суд так, чтобы можно было показать на этой истории все, что было в возможностях искусства рисунка, а на другой стене, насупротив, приказано было над главными дверями показать, как был изгнан с небес Люцифер за свою гордыню и как были низвергнуты в недра ада все ангелы, согрешившие вместе с ним», — писал Джорджо Вазари в «Жизнеописании Микеланджело».