На этом мы заканчиваем рассмотрение образов Апокалипсиса в западноевропейском искусстве. Это не значит, что художники XX века не вдохновлялись его образами, — напротив, они обращались к ним довольно часто, чаще, чем художники классицизма и рококо, однако в XX веке наблюдается усиление тенденции, которую мы заметили уже в XIX столетии: образы Откровения в их трактовке все больше отдаляются от самого священного текста и становятся инструментом, посредством которого мастера переосмысливают трагедии и катастрофы своего века. Как, например, Макс Бекман, немецкий художник, служивший санитаром во время Первой мировой, — он обратился к теме Апокалипсиса, чтобы передать ужасы войны. Это лишь один из ярких примеров. Художники обращались к Апокалипсису, чтобы отразить не только бедствия своего времени, но и личные трагедии; таким образом, эти произведения имеют уже гораздо меньше общего со Священным Писанием.
Следующая и последняя глава будет посвящена образам Апокалипсиса в русском искусстве.
В этой главе рассмотрим, какое визуальное воплощение получили образы книги Откровения в русском искусстве.
Почему мы вынесли русское искусство отдельной главой? Дело в том, что развитие культуры и искусства на Руси происходило по своим законам; втиснуть русское искусство в рамки принятой для западноевропейского искусства периодизации, которая и так сама по себе вещь довольно условная, не представляется возможным. Поэтому, рассмотрев западноевропейское искусство, теперь мы сосредоточимся на искусстве русском во всем его многообразии.
О культуре дохристианской Руси нам известно очень мало, до нас почти не дошло никаких письменных источников об этих временах. Картина же мира русского Средневековья была исключительно религиозной. Впрочем, само понятие «русское Средневековье» довольно условно, как и понятие «Северное Возрождение», и используется, скорее, по аналогии. На Руси не было ни Античности, ни Возрождения, следовательно, не было и разделявших их пресловутых Средних веков, как пренебрежительно окрестили период между Античностью и Возрождением итальянские гуманисты. Русским Средневековьем мы называем период продолжительностью в семь веков, который начался с Крещения Руси в конце X века и продолжался до конца XVII века, когда петровские реформы привели к резкой смене приоритетов и европеизации страны и изменили культуру элит.
Как мы уже отмечали ранее, в западной христианской культуре текст последней книги Священного Писания активно использовался в процессе богослужения, тогда как в православии, которое приняла Русь при князе Владимире, Апокалипсис во время богослужения не читался — это было связано с его особой сложностью для толкования. Уже в раннем христианстве образы и мотивы Апокалипсиса вошли в искусство — тема спасения и блаженства, уготованного праведникам, была особенно востребована в эпоху гонений и раскрывалась прежде всего через образ Христа как воплощенного Слова Божия. Эсхатологические мотивы, такие как престолы, окруженные ангельскими силами, изображения четырех апокалиптических существ, свитков, запечатанных семью печатями, Агнца, а также рая и Небесного Иерусалима, появляются уже в ранних изображениях Христа и переходят в средневековое искусство, которое продолжает развитие основ, заложенных в раннем христианстве.
Русь приняла крещение в 988 году, переняв византийские традиции и готовую иконографию. Со времени официального принятия христианства как государственной религии оно довольно быстро распространилось по всей территории Древней Руси и на долгое время стало доминирующим фактором развития культуры и искусства. Иконография Откровения в древнерусской традиции изначально была связана с монументальной живописью и единичными случаями иконописи. На Западе, как мы уже убедились, еще в эпоху раннего Средневековья к Откровению создавался детальнейший повествовательный визуальный ряд, появились подробнейшие памятники книжной миниатюры, последовательно изображавшие все описанные в Апокалипсисе события. На Руси же лицевые (иллюстрированные) «Апокалипсисы» появились намного позднее: бытует мнение, что это произошло не ранее второй половины XV века[98]. Отдельные апокалиптические образы на Руси встречаются начиная примерно с XIII века, однако они не получили широкого распространения. Интересно, что как в византийском, так и в древнерусском искусстве эсхатологическая тематика долгое время ограничивалась композициями «Страшного суда».
