Приняв решение, действовать просто. В данном случае достаточно было всякий раз сворачивать на более широкую (и чистую) улицу. Минут через десять мы были уже в центре города. С одной стороны центральной площади стоял большой собор, именно его крест мы издалека приняли за шпиль, единственная стрелка башенных часов немного перевалила за полдень. Стиль, в котором был построен собор, напоминал мне готику. Позднее Средневековье. С точки зрения безопасности — плохо. Стремление сжигать на костре всех, кто под руку попадется, появилось именно тогда.
Справа от собора площадь обрамляло здание магистрата. Оно тоже имело башню и шпиль на ней. Вымпел мы видели, еще не подойдя к городу. Отсюда герб на нем тоже нельзя было различить. Напротив магистрата стоял «дворец». Здание небольшое для дворца, но слишком уж помпезное для дома в средневековом городе. Площадь замыкалась несколькими плотно прижавшимися друг к другу домами побогаче тех, что мы видели по дороге.
Я огляделся: центр-то он центр, но трактиру здесь явно не место. Надо искать его где-нибудь в другом месте.
— А куда мы все-таки идем? — не смог победить свое любопытство Алекс.
— Э-э-э, — сказал я, — я хотел, чтобы мы устроились в уголке в каком-нибудь трактире, послушать, о чем люди говорят.
— И что? — поинтересовался Лео.
— Вот ни одного не вижу.
— Ну ты даешь! Мы прошли мимо чертовой прорвы всяких кабаков!
Умник я умник, они же читать не умеют, поэтому вывески здесь в виде бочки или кружки.
Я треснул себя кулаком по лбу:
— Точно! Но возвращаться не будем. Свернем вон в ту улочку, — я махнул рукой в сторону тесного прохода, отделяющего собор от других зданий.
Больше всего меня беспокоило, что мы не умеем креститься и вообще не знаем, как ведут себя на площади с собором. Сейчас нас пронесло, но лучше бы обходить это место стороной.
Узкая улочка вывела нас в городской лабиринт, как местные жители сами тут не теряются?
Мы выбрали не слишком грязный трактир с вышибалой, который уступил нам дорогу, вошли, быстренько пробрались к угловому столику и сели спиной к стене, лицом к выходу, только недогадливого Тони Алекс перетащил за рукав. Лео устроился с краю, прислонив драгоценную гитару к стенке, — он не ждал от моей затеи ничего хорошего и хотел обезопасить инструмент на случай драки.
Вот теперь можно оглядеться: в зале царил полумрак, деревянных некрашеных столов было пять, включая тот, за которым мы устроились, стойка, из-за которой сейчас выбирался трактирщик, и несколько скамеек. Три стола стояли пустые — время еще раннее, а за одним сидели трое маленьких бородатых человечков. Летучие коты! Это же гномы! Очень хорошо, раз тут такая расовая терпимость, надо полагать, есть и религиозная. И если мы не будем громко кричать о своем атеизме, все будет в норме. Я немного успокоился.
Трактирщик вытащил из-за стойки свой необъятный живот и подошел к нам:
— Чего изволят господа? — подобострастно поинтересовался он.
— А что есть? — спросил я. По идее мне следует обращаться к нему на «ты», но я не могу. Одно дело — хамить предводителю военного отряда, превосходящего нас численностью, совсем другое — человеку беззащитному, которого «господа» здесь за человека, собственно, и не считают.
— Жареный гусь, — предложил трактирщик, — только что с вертела. И эльфийское вино.
— Годится, — согласился я. Вроде бы и мало времени прошло с завтрака, а в животе уже бурлит. Это от избытка впечатлений.
— А у кого мы будем спрашивать? — шепотом поинтересовался Гвидо.
— У трактирщика, — ответил я как нечто само собой разумеющееся. — Они самые осведомленные люди в городе. Если бы я тут вербовал агентов…
— Понятно, — так же тихо произнес Гвидо.
— Можно немного расслабиться, — предложил я, — пока больше никто не вошел. Орать не стоит, но разговаривать можно спокойно. Слишком молчаливые наемники это тоже подозрительно.
— Почему? — спросил Роберто.
— Неестественно. Мы пришли издалека…
Ребята засмеялись.
— …должны знать кучу всякого интересного. Драка там, сражения… Трактирщик будет расспрашивать.
— А почему тогда нельзя поболтать с ним сразу?
— Ничего не заказав? А какой ему интерес разговаривать с безденежным голодранцем?
— Окраины Палермо такие же?
— Воровские притоны — да, — серьезно ответил я.
— А этот тоже?.. — изумился Тони.
— Нет, тогда бы вышибала не посторонился спокойно, когда мы входили. Здесь всё относительно чисто.
Через пару минут перед нами на большом блюде лежа жареный гусь. Я достал кинжал (вилка и столовый нож в этом мире считаются излишней роскошью) и начал отрезать от гуся ногу. Как ни странно (еще утром кинжал был деревянным), нога легко отрезалась.
Эльфийское вино оказалось очень слабоалкогольным напитком с сильным медовым привкусом. Алекс даже разрешил Тони его пить (а что делать?).
Минут через десять от гуся остались одни косточки, а мы все по отдельности героически пытались решить вопрос, что делать с жирными руками. Наконец, Алекс нашел идеальный выход — пальцы надо облизать. Гномы, во всяком случае, поступали именно так.
— Только не вздумай повторить это дома, — предупредил Алекс младшего братишку.
