— Итак, синьоры, сегодня нам предстоит пройти восемь километров по невысоким холмам, пересечь по ходу дела овраг, и только после этого мы доберемся до места, где должны были провести прошедшую ночь, — Алекс прервался и с легкой (для Алекса, конечно) иронией посмотрел на мальков. — Далее нам придется форсировать реку, пошире, чем эта, а потом пройти километров десять по ее заболоченной, поросшей тростником пойме.
— А почему нельзя пойти по другому берегу? — поинтересовался я.
— Он тоже заболочен, — пояснил Алекс, — и там разлив, пришлось бы его обходить.
— Ага, — кивнул я.
— Дальше река заворачивает, куда нам не надо, мы ее покинем и побредем вверх по пологому склону. Там сосновый лес, так что прогулка обещает быть приятной.
— Э-э-э, а обедать мы будем сразу после болота, — предложил я.
— Ну, можно, — согласился Алекс.
— Ясно? — обратился я к котятам. — И не вздумайте захотеть есть раньше времени.
Котята закивали. Ох, ну смотрите. Не закивал только Луиджи: я поставил перед ним дилемму, портящую ему сон и аппетит, и он за это на меня злился.
— И вот тут, — продолжил Алекс, — имеется сложность. Во всем этом лесу более или менее по дороге только один родник. Именно возле него мы будем ночевать, даже если придется тащиться туда в полной тьме. Так вот, идти до этого родника отсюда почти тридцать девять километров.
— Нормальный дневной переход римских легионеров, — заметил Лео. — Они еще укрепленный лагерь после него строили.
У некоторых котят как-то подозрительно загорелись глаза. Ха, выходит, вчерашние шуточки Алекса про Фетиду-Фемиду и Ахилла были не такими уж случайными… Хитроумный змей! Сам и рассказывай, у меня до сих пор горло болит.
— Ага, — согласился я, — только они выступали сразу после рассвета. Гвидо, командуй.
Лагерь был свернут за четверть часа, за это время Лео успел рассказать обе легенды об основании Рима. Поэтому, выступая в поход, котята имели разочарованный вид.
— Продолжение — днем, на привале, — пообещал я. — Азимут — семнадцать, ищите ориентир. Кто первый найдет — поведет отряд до него.
Котята уткнулись в свои компасы. Алекс недовольно покачал головой:
— Темп. Пока можно, надо делать километров шесть.
— Думаешь, нас убьют, если мы явимся утром четвертого дня?
— Я же сказал, проблема в воде.
Я посмотрел на Алекса, хитро прищурившись. Он понял и ухмыльнулся: конечно, бешеному псу семь верст не крюк. У меня в порядке зрительная память, и я помню карту: всего пара километров в сторону — и можно будет ограничиться тридцатикилометровым маршем. Что ж, если кто-нибудь из котят будет падать от усталости, мы так и сделаем.
Подходящий ориентир нашел Вито:
— Вон тот холм и высокое дерево на нем, — закричал он, — надо держаться чуть левее.
— Молодец, — похвалил я, — ты пойдешь первым. Быстрым походным маршем.
Гвидо, очень серьезно хмурясь, сам надел рюкзак на каждого котенка. Я недовольно покачал головой: та точка зрения, с которой он прав, кажется мне не такой важной, как та, с которой он неправ. Мы посмотрели друг другу в глаза: «Ох-ох-ох, как всё сложно», — говорил взгляд каждого из нас. К счастью, Луиджи не заметил знак недоверия: он, как тигр за добычей, следил за Роберто.
Я внимательно оглядел готовых к походу котят:
— Лео, замыкаешь. Вито ведет, я — второй, Романо — третий. Вперед.
Котята еще не умеют ходить, как верблюды. Где-то я читал: по относительно ровной дороге это симпатичное животное топает десять километров в час, что ты с ним ни делай: ни затормозить, ни ускорить. Роль верблюда (шестикилометрового) я взял на себя, одновременно мягко осаживая Вито, чтобы он поначалу не бежал слишком быстро, и поглядывая на Романо, чтобы он не отставал и не имел оснований на меня обидеться: забыли.
Забравшись на невысокий холм с тем самым деревом вершине, мы увидели впереди преграждающий путь овраг. Вито облегченно вздохнул (довел, куда ему было велено) и вопросительно взглянул на меня: а дальше как? Я ободряюще ему улыбнулся и полюбовался следующей преградой: овраг был не слишком широк, но стенки его показались мне отвесными. Лео и Алекс подошли ко мне.
— Почему стоим? — поинтересовался Алекс.
— Вниз, а потом еще и вверх — не хочется, — ответил я. — Посмотри на него.
— Форсируем, как неширокую речку, — предложил, подходя, Гвидо.
— А зацепиться?..
— Вон тот дуб, — показал Гвидо.
— Тут — да, а на другой стороне? — поинтересовался озадаченный Алекс.
На другой стороне оврага росли только невысокие кустики.
— Тарзанка, — напомнил Лео.
— Ага! Точно! — с энтузиазмом откликнулся Алекс. Если бы не мальки, я бы побежал: мне еще не приходилось перебираться таким способом.
— За мной, — скомандовал я котятам и довольно быстро пошел вниз с холма.
Замеченный Гвидо дуб когда-нибудь свалится в овраг, но, похоже, это произойдет не сегодня. И подходящая толстая горизонтальная ветка на нем нашлась — она нависала над темной влажной пропастью так, что угол между ней и краем оврага составлял примерно сорок пять градусов Я сбросил рюкзак и полез на дерево. Покачался на ветке — выдержит, поймал брошенную мне веревку, пристегнул ее зажимом и спустился вниз.
