К моменту османского завоевания население Константинополя сократилось до 30 000 или 40 000 человек. Усилиями Завоевателя к 1477 году оно увеличилось более чем в два раза. В первой половине XVI века население достигло 400 000 человек, сделав османскую столицу крупнейшим городом Европы. К концу того же столетия его численность могла достигнуть 800 000 человек. Принудительное переселение стало причиной значительного роста населения в пятнадцатом веке. Беженцам, покинувшим Константинополь, Завоеватель предложил восстановление их собственности, а также свободу вероисповедания и занятий. Он освободил пленных, захваченных во время завоевания, и поселил их в городе, даже временно освободив от налогов. Но он также приказал насильственно переселить около 8 000 семей, мусульманских и христианских, из Румелии и Анатолии, причем по крайней мере некоторые из них были богатыми купцами или ремесленниками. Фатих Мехмед и Баязид II перевели христиан из таких недавно завоеванных областей, как Трапезунд, Караман и Каффа, заселив ими разные кварталы города. Османы поощряли иммиграцию евреев еще до их изгнания из Испании в 1492 году. Перепись 1477 года показала, что евреи составляли третью по величине часть населения столицы. К середине XVII века в Стамбуле насчитывалось около 152 мечетей, 125 медресе и сто караван-сараев. Эта огромная городская агломерация требовала огромного количества провизии; специальные правила регулировали поставки продовольствия в Стамбул и из него. К XVII веку ежедневно прибывало более пяти кораблей с продовольствием: пшеница, рис, сахар и специи из Египта; скот, зерно, пищевые жиры, мед, рыба и шкуры с черноморского побережья; зерно и шкуры из Фессалии и Македонии; вино и другие средиземноморские продукты из Мореи и Эгейских островов. Больше пшеницы поступало из Добруджи и Фракии. Спрос на пшеницу из столицы превратил Добруджу в процветающий сельскохозяйственный регион.
Гильдии занимали доминирующее положение в профессиональной жизни османских городов. История гильдий, как в исламском мире в целом, так и в Османской империи в частности, крайне противоречива. Османские гильдии представляли собой организации самопомощи, созданные ремесленниками для представления своих интересов. Члены гильдии избирали кадхуда (кетхуда, глава гильдии), который следил за соблюдением правил гильдии и обращался в администрацию и суды от имени своих членов. Существование гильдий и выборы их должностных лиц регистрировались в судах кази, но режим признавал автономию гильдий. Помимо кадхуда, в каждой гильдии был йигитбаши (yiğitbaşi), который занимался внутренними делами гильдии, включая закупку сырья для гильдии и распределение его между ремесленниками, проверку продукции на соответствие спецификациям гильдии и контроль за поставками продукции в другие гильдии. Во многих гильдиях были и другие должностные лица, которые помогали выполнять эти обязанности. Правила гильдий были частью ихтисаба (рыночных стандартов).
Большинство мусульманских режимов гордились соблюдением ихтисаба, компонента шариата, который касался коммерческого мошенничества и наживы. Османы, безусловно, делали это. Мухтасиб (мухтесиб, рыночный инспектор) патрулировал рынки, следя за соблюдением правил. Некоторые товары, такие как древесина и ткани, не могли продаваться без одобрения этого чиновника. Кази и мухтасиб могли устанавливать цены на сырье и готовую продукцию, иногда под наблюдением султана в Стамбуле. Османские правила предусматривали, через какие ворота и улицы Стамбула могли проходить те или иные товары. Гильдийные мастера платили налог за каждую лавку и за производство определенных материалов. Также взимался налог с каждого товара, продаваемого на рынке. Отдельные кануннамы устанавливали ставки налога для городов и рынков каждой провинции.
Правительство вмешивалось в деятельность гильдий только в тех случаях, когда ситуация угрожала налоговым поступлениям или общественному благу, а правила гильдий признавали власть правительства. Гильдии опирались на поддержку правительства; гильдии служили средством как экономического регулирования, так и сбора налогов. Гильдии ограничивали возможности для наживы и, соответственно, стимулы для народных волнений, а также помогали сбалансировать спрос на продукцию, предложение сырья и количество ремесленников и цехов. Такая авторитарная структура ограничивала конкуренцию, а значит, и стимулы к совершенствованию продукции.
Внутри гильдий существовали значительные различия в богатстве и статусе. Часто владельцы мастерских и их работники принадлежали к одной и той же организации. В некоторых гильдиях, если мастер становился слишком богатым и независимым, он считался купцом и должен был покинуть гильдию, но один из членов гильдии бархатных ткачей Бурсы владел мастерской - точнее, фабрикой - с пятьюдесятью станками. В XVI веке в гильдиях, производящих экспортные товары, возникли серьезные трения между богатыми членами и рядовыми членами.