– Будем выбираться из города: построимся «черепахой» (боевой порядок римской пехоты, предназначенный для защиты от метательных снарядов во время сражений) и пробьёмся к воротам. Ночью в поле им нас не одолеть, а доберёмся до леса, конница мятежниц станет бесполезной. Непроходимая чаща – наше спасение.
Корнелий Малх не стал спорить и отдал лаконичный приказ. Пехотинцы быстро сгруппировались вокруг вождей, выставив тяжёлые пики вперёд, и римляне казались неприступными. Маленькая фаланга очень медленно двинулась по кривой улочке, навстречу появившимся вольным охотницам. Увидев надвигающийся монолитный прямоугольник, воительницы остановились, стали метать в легионеров дротики, которые отскакивали от скутомов, как иголки то стены. Поняв, что такие действия не причиняют солдатам вреда, исмаритянки нехотя попятились обратно. Фестана от волнения закусила губу, осознав, какой катастрофой может обернуться отступление, если она допустит, чтобы враг вырвался за черту крепостных стен.
Развернув коня, руководительница помчалась галопом назад к выходу из крепости. Добравшись до сторожевых башен цитадели, Фестана разглядела Гекту и её лучниц. Немного поодаль облокотившись о стену, сидела Диона, приходя в себя после боя. Всадница резко натянула поводья, тем самым подняв скакуна на дыбы. Вцепившись в его гриву и балансируя всем телом, чтобы не упасть, Фестана прокричала:
– Немедленно закрывайте ворота, сюда движется неприятель.
Когда конь опустился на передние ноги, от возбуждения закусывая удила и дико вращая глазами, старшая воительница нежно похлопала ладонью по шее гнедого красавца, успокаивая разгорячённого жеребца. Немного придя в себя после быстрой скачки, она обратилась к Дионе:
– Возьми десятка два женщин, с помощью верёвок поднимите вон ту балку, – показала она рукой на валявшийся невдалеке засов, – на смотровую площадку. Как только римляне появятся под аркой, сбросьте на них это бревно.
Повернув голову в сторону, куда указывала предводительница, Диона высказала сомнение:
– Как мы закроем ворота, если поднимем брус наверх?
– Несколько человек останутся за чертой города и застопорят тяжёлые створы, вбив мечи в землю, это должно задержать врага. А ты, Гекта, расставь лучниц на крышах ближайших домов, и как только строй фаланги нарушится, бей без промаха, уничтожая противника.
Получив распоряжение, исмаритянки с энтузиазмом бросились выполнять наказ, занимая удобную позицию для засады. Вскоре показались отступающие охотницы, они медленно пятились назад, уступая монолитной колонне, которая, ощетинившись тяжёлыми копьями, неумолимо продвигалась к выходу. Казалось, что легионерам удастся воплотить задуманное, не потеряв при этом ни одного воина. Корнелий Малх торжествовал, презрительно щурясь, кем эти женщины себя возомнили? Впереди маячили спасительные ворота, осталось преодолеть узкий арочный пролёт, а там всё свобода. Вдруг сверху что-то загремело и с грохотом полетело вниз. Почувствовав опасность, Корнелий присел, прячась за стоящими рядом воинами. Удар был страшен, послышались крики и вопли. Кто-то из ветеранов со стоном повалился ему на спину. Резко поднявшись и сбрасывая с себя тело, которое извивалось в предсмертных конвульсиях, Корнелий осмотрелся. Вокруг валялось несколько трупов. Взгляд невольно наткнулся на префекта, лежащего неподалёку. Выражение его лица выглядело спокойным. Это казалось невероятным, потому что височная кость у Памелиона была сломана, кровь тонкой струйкой вытекала из разбитого черепа, образуя вокруг головы несчастного пятно неправильной формы. Казалась, сама душа сиротливо примкнула к безжизненному хозяину, тускло поблескивая от неяркого света луны. Только аура казалась темной, возможно, при жизни Юний не всегда вёл праведный образ жизни.
Чутьём опытного военного Корнеллий понял, что это конец. Он видел метавшихся воинов в узком проходе, которые гибли от метко выпущенных стрел. Немногим солдатам удалось достичь ворот, и они в полном отчаянии колотили в дубовые створы в надежде вырваться из города, но число несчастных с каждой минутой таяло. Малх схватился за рукоять клинка, намериваясь дать отпор каждому, кто посмеет к нему приблизиться, но тут просвистел дротик, пущенный чьей-то меткой рукой, и с хрустом вошёл в его тело. Почувствовав жгучую боль, Корнелий усилием воли пытался удержаться на ногах, но ещё два копья поразили его. Он так и не смог вытащить меч, замертво повалившись на землю.
Победа была полной. В кожаных доспехах Фестана шла по центральной площади Хадриаполиса в окружении десятка соратниц, держа в руке лабрис. Вокруг неё ликовали охотницы, радостными восклицаниями приветствовали они старшую воительницу. Однако Фестана формально, кивком головы, отвечала на восторженные поздравления, на ходу отдавая распоряжения рядом идущей Зарене:
– Возьми с десяток всадниц и немедленно отправляйся к Селестрии. Передашь ей, что крепость наша, и мы как можно быстрее выступаем на соединение с ней.
Зарена в задумчивости произнесла:
