– Условие будет только одно: немедленное прекращение боевых действий и немедленный роспуск твоих легионов, передача нам крепостей, контролируемых вами, – твёрдо настаивал полководец.
– Похоже на капитуляцию, – заметила царица.
– Взамен никто из твоих мятежниц преследоваться не будет. Каждая из исмаритянокполучит право селиться по всей подвластной Риму территории, – великодушно предложил консул.
– Исмаритянки не захотят сдать оружие, – запротестовала Селестрия.
– Тогда решим так, – быстро нашёлся Эверт, – небольшой меч или кинжал могут носить незамужние девушки и только в городах, расположенных в долине.
– Почему только незамужние? – удивлённо подняла брови предводительница.
– А замужних женщин пусть супруг защищает, – мгновенно парировал наместник.
– Когда же подпишем соглашение? – с интересом спросила царица.
– Договор скрепим печатями завтра, а сейчас мой начальник охраны покажет тебе апартаменты, приготовленные специально для тебя.
– Я вернусь к своим воительницам, – с вызовом посмотрев на Эверта, заупрямилась Селестрия.
– Да будет так, – подвел итог разговору Лапит, – но вечером жду тебя и твою свиту на пиру, который будет устроен в честь успешного завершения переговоров.
Кивнув Эверту головой в знак согласия, предводительница величаво вышла из помещения.
Подойдя к окну, консул поднял руку к лицу. Потирая пальцами аккуратно подстриженную бороду, он размышлял о разговоре с царицей. В этот момент в помещение вошёл Вероний и с порога заявил:
– Зал для пиршества будем оборудовать триклиниями?
– Деревянные ложи для знатных вельмож? – озадачено переспросил стратег.– Кажется, сегодня это не тот случай.
– Ну как же… – замялся было Таниат, но Эверт его мгновенно перебил:
– Значит так, установишь столы по периметру зала, персон на двести. У противоположной от двери стены на небольшом возвышении накроешь трапезу на шесть человек. В центре будем я и Селестрия. По правую руку от меня расположится Аниций. С левой стороны сядешь ты, по выбору царицы с нами сядут ещё две девушки. Ужин должен пройти на славу, поэтому продуктов не жалеть, приготовь всё самое лучшее и предупреди царицу, чтобы с собой привела на пир человек сто, с нашей стороны будет примерно столько же.
– Сделаю, – лаконично ответил легат.
– И знаешь, к завтрашнему дню подготовишь ристалище недалеко от города, – дал указание наместник.
– Площадку для состязаний? – уточнил Вероний.
– Да, место для стрельбы из лука и метания копий, дорожку для скачек, ринг для единоборства на мечах, – пояснил консул.
– Мы что, с ними будем состязаться на мечах? – удивился Таниат.
– Ну, не в полную силу, просто развлёчем наших гостей, – с улыбкой на устах уточнил Эверт.
– Всё исполню, – заверил легат и добавил, – заодно и посмотрим, чего эти воительницы стоят.
Командир легиона повернулся и вышел, оставив Лапита наедине со своими мыслями.
–
Когда солнце, уставшие дарить тепло людям, вяло, но уверенно покатилось к горизонту, по дороге, ведущей к главному зданию города, появилась разношёрстная кавалькада всадниц. Конная процессия притягивала взоры в первую очередь женским изяществом и яркими одеждами. Завораживая и очаровывая внешним видом случайных зевак, мятежницы растянулась по улицам крепости. Впереди ехала «Железная сотня». На остроконечных шлемах наездниц в качестве украшения развивался конский волос, но вместо кольчуг на девушках красовались лёгкие кожаные доспехи. Впереди отряда ехала Шейн с распущенными волосами и надменным выражением лица. Она казалась неприступной, будто высеченной из камня, большая синяя накидка (лацерна) скрывала небольшой клинок, нацепленный на пояс поверх камисы. Далее на гнедом скакуне ехала Селестрия. На предводительнице красовалась белоснежное платье с бордовой оборкой внизу. Эту «оборку» составлял ещё один кусок ткани, закреплённый на теле ремешком. Талия царицы бала перетянута пурпурным куском материи, сложенным в несколько раз, концы которой крепились золотым аграфом. На руках у предводительницы в лучах заката блестели браслеты, в виде причудливых змей. Ступни прикрывали кожаные сандалии, украшенные драгоценными пряжками.
Остальные исмаритянки, одетые в разноцветные платья, напоминали пёстрый букет цветов, собранный со всей Фракии, нежели грозных воительниц. Шествие замыкала Гекта с полусотней лучниц в белых туниках. Плечи девушек прикрывали походные солдатские плащи.
Гостей встречал Эверт в окружении легатов: Марка, Верония и других командиров, приглашённых из разных легионов. Подъехав к дворцу, дикарки спешилисьи с громким гомоном и весельем растворились в здании, оставив стоять на площади две сотни коней.
