По знаку царицы поединок начался. Воительница первая сорвалась с места, молниеносно атаковала противника, при этом легко меняя направление движения тела и нанося удары под разными углами. Таниат, пятясь назад, только успевал отбивать смертоносные выпады щитом. Чтобы окончательно не растратить силы в пылу нападения, Диона остановилась. Отпрыгнув на несколько шагов назад, мятежница глубоко вздохнула, чтобы перевести дыхание и взглядом оценить возможности соперника. Выбрав момент, фехтовальщица снова бросилась на противника. На сей раз, нанеся несколько ударов сверху, девушка резко присела и сделала выпад, пытаясь поразить римлянина в колено. Вероний машинально наклонился, отбивая атаку. Диона мгновенно выпрямилась и ударила ногой, сверху вниз, по кромке скутума, прижимая его к земле, при этом выворачивая руку противнику. От боли воин разжал пальцы и рывком отскочил в сторону, потирая при этом ушибленный локоть. Наученный терпеть боль в любых условиях, легат сгруппировался и первым начал наступление. Описывая мечом замысловатые движения, Вероний хотел заставить противницу раскрыться. Улучив момент, Таниат сделал ложный замах и резко убрал лезвие. Исмаритянка среагировала, отмахнулась гладиусом, пытаясь отбить неприятельский клинок, но промахнулась. Описав дугу, не встречая сопротивления, правая рука девушки опустилась. Только этого и ждал Вероний. Он резко ударил рукоятью в левое, не защищённое запястье воительницы. От неожиданности Диона выронила меч. И тут же справа она сделала выпад, снизу вверх, пытаясь достать противника. Уходя от удара, римлянин ловко отскочил в сторону. Лезвие, рассекая воздух, пронеслось совсем рядом с его плечом.
Наблюдая за поединком, Селестрия с тревогой в голосе обратилась к Эверту:
– Может, стоит прекратить состязания?
Полководец, напряжённо всматриваясь в лицо своего друга, ничего не ответил царице.
Обращаясь к легату, громко произнёс:
– Вероний, ты в порядке?
Воин промолчал, в ответ лишь кивнув головой.
Таниат стащил с головы шлем, который мешал движениям, и, отбросив его в сторону, как ненужный атрибут в поединке, начал атаку. Рванулся вперёд, сделал кувырок, быстро сокращая расстояние до соперницы. Исмаритянка среагировала и нанесла удар сверху, встав на колено, воин отбил выпад, мгновенно схватил девушку за правое запястье, быстро встал, при этом блокируя её левую руку, и нежно коснулся губами щеки воительницы. Все замерли, над площадкой повисла гнетущая тишина. Первой пришла в себя Диона. Она яростно оттолкнула от себя Верония, гневно сверкая глазами. Селестрия нервно схватилась за рукоять клинка, висевшего на поясе. Эверт судорожно сглотнул, не зная, как поведут себя женщины после выходки его легата. Назревал конфликт, грозивший перерасти в вооружённое столкновение. Однако Таниат решительно повернулся, подошёл к повелительнице исмаритянок, приклонил колено, и, глядя прямо ей в глаза, промолвил:
– Прошу, царица, не рассматривать оное действие, как оскорбление. Мой поцелуй это знак уважения и признательности военного мастерства. Преклоняюсь перед вашей отвагой и смелостью, умением владеть мечом и вести поединок.
Воин умолк, ожидая ответа.
Селестрия вопрошающе посмотрела на Диону, та только кивнула головой, принимая слова римлянина.
Царица натянуто улыбнулась. Рассматривая Верония, она сказала:
– Мы не будем гневаться за твою выходку, поскольку твоя дерзость сполна сглажена благородными намерениями и достойными речами, – обращаясь к наместнику, она продолжила: – Мы не намерены красть и дальше ваше драгоценное время. Приём был вполне тёплым и дружеским, нам есть, что вспомнить и обсудить, но мы должны покинуть вас, дабы не злоупотреблять вашим гостеприимством.
– И когда вы собираетесь уезжать? – чуть усмехнулся Эверт.
– Немедленно, – как натянутая стрела парировала повелительница исмаритянок.
Послав за воительницами, которые находились ещё в городе, с приказом выдвигаться из крепости, Селестрия с легкостью вскочила на коня и обратилась к находившему рядом стратегу:
– Теперь жду ответного визита.
– Когда и где? – задал вопрос полководец.
– Найдешь меня в любое время в течение месяца, недалеко от Хадриополиса, – гарцуя на скакуне, произнесла царица.
– Там сосредоточена вся твоя армия? – внимательно всматриваясь в зелёные глаза предводительницы и пытаясь разгадать сокровенные мысли, спросил наместник.
– Придешь, узнаешь, – чуть улыбнувшись губами, ответила Селестрияи, посерьёзнев, добавила: – При встрече и подпишем соглашение о мире.
Не прощаясь, главная воительница ударами пяток пустила коня вскачь, направляясь к воротам города, из которых появилась колонна исмаритянок покидающая крепость.
– И что ты думаешь? – обратился Эверт к Веронию.
Таниат только пожал плечами и неопределенно ответил:
– Темнит что-то.
– По-моему, это западня, – подходя, произнёс Аниций.
– Так считаешь? – заинтересованно, в пол-оборота повернулся к нему полководец.
Марк убеждённо пояснил:
