И сердце черноокой красавицы дрогнуло. Она опустила лук. Марк не спеша подъехал к всаднице. Прекрасная охотница, чувствуя свою вину, низко склонила голову, так, что ниспадающие волосы закрыли всё лицо. Римлянин бережно пальцами отодвинул иссиня-чёрный локон, нежно смотря на свою спутницу.
– Я хотела тебя убить, – чуть слышно прошептала исмаритянка.
– Мы предполагали, что ваше приглашение – это ловушка, – попытался успокоить воительницу командир легиона.
– Знали и пришли? – Гекта недоверчиво вскинула подбородок.
– У нас не было другого выбора, – пояснил Аниций.
– А ты знаешь, ты уезжай отсюда, беги, – как утопающий хватается за первый попавшийся предмет, с надеждой воскликнула предводительница лёгкой конницы.
В ответ легат печально покачал головой.
– Если останешься, это ничего не изменится, тебя всё равно уничтожат, и своим друзьям ты не поможешь, – в отчаянии заламывая ладони, со вздохом сожаления произнесла юная лучница.
– Не за себя остаюсь и не ради друзей, они сами выпутаются. Остаюсь ради тебя, – с чувством заявил Марк.
– Ради меня? – удивилась Гекта.
– Должна убить меня и не убила, придется отвечать перед царицей. А мне бы не хотелось, чтобы тебе влетело зато, что ты делать не должна. Так что поехали обратно, – с этими словами римлянин развернул скакуна и поскакал в женский лагерь.
Девушка ошарашено молчала, но послушно ударами пяток тронула с места коня и понеслась вслед за молодым человеком навстречу полной тайн неизвестности.
Диона и Вероний углубились в самую чащу леса по вырубленной просеке. Наездница на вороном скакуне, в чёрных кожаных доспехах, из-под которых виднелась красная туника, выглядела очень воинственно и в то же время женственно и изящно. На поясе красовался короткий меч, рукоять которого украшал ярко бордовый рубин, переливавшийся на солнце. Роскошные русые волосы, ниспадающие на плечи, прикрывал шлем с алым гребнем. Предводительница тяжёлой конницы нервничала, на попытки легата завязать разговор отвечала односложно, порой невпопад, всё время оглядывалась, будто ища поддержку или совета. Настал момент, когда воительница решилась, превозмогая свою мнительность, и рванула меч из ножен. Таниат услышалскрежет метала, в долю секунды сгруппировался, опираясь одной ногой на стремя, и в момент удара перенёс корпус в противоположную сторону от девушки. Клинок просвистел рядом с плечом римского командира. Видя неудачу, Диона молниеносно меняет угол атаки и делает выпад по горизонтали, пытаясь поразить противника в живот. Чтобы избежать прямого попадания, молодой человек спиной упал на круп лошади, и смертоносное жало пронеслось над ним. Ещё четыре раза исмаритянка рубила наотмашь, и все четыре раза воин уклонялся от разящего клинка, не обнажая оружия. Внезапно всадница остановиласьс прищуром взглянула на Верония и сквозь зубы процедила:
– Ловкий ты, а по внешнему виду не скажешь.
– Почему ты хочешь меня убить? – вытирая неожиданно выступивший пот, спросил легат.
– Помнишь, ты поцеловал меня? Я должна отомстить, – потрясая мечом, запальчиво произнесла предводительница тяжёлой конницы.
– Что, так плох был мой поцелуй? – съязвил Таниат.
Девушка промолчала, сосредоточено думая, и как бы подводя итог разговору, при этом убирая гладиус в ножны, сказала:
– Ладно, живи пока. Если вернёшьсяк нам в лагерь, с тобой расправятся.
– Значит, приглашение к вам это западня? – вопросительно посмотрел на свою собеседницу командир легиона.
– А как ты хотел? – нервно ответила воительница.
– Эверт не зря предполагал… – начал было Вероний.
Его жёстко перебила Диона:
– Эверт уже наверно мёртв, да и твой друг тоже.
При этих словах исмаритянка с вызовом посмотрела на молодого человека.
– Так давай вернемся и убедимся в этом, – нагло заявил Таниат.
– Забыл, что тебя там ждёт смерть? – с чувством выпалила наездница.
– Поехали уже, – позвал свою спутницу воин, направляя коня обратнопо просеке.
Отдавая дань упрямству легата, всадница закатила глаза к небу.
– Но почему ты такой несговорчивый, – как заклинание прошептала она.
При этом тронув скакуна с места, с неохотой поехала за римлянином.
Подъезжая к лагерю, Диона издалека увидела, как маленькая Гекта, эмоционально жестикулируя, что-то доказывала удивлённой Шейн. Затем, как по команде, собеседницы прекратили разговор и вопросительно уставились на неё и ехавшего рядом провожатого. Стремясь избежать нежелательного объяснения, воительница остановилась недалеко от своих подруг, спрыгнула с лошади и стала суетливо поправлять сбрую своего коня. К ней мигом подлетела чернявая красавица, показывая на легионера, и спросила:
– Ты его не убила?
Повернув голову в сторону Верония, девушка недовольно пробурчала:
– Мне шустрый мужик попался, крутился, как перепел на вертеле.
Гекта хотела что-то добавить, но в этот момент из ближайшей палатки вышел Марк, огляделся, приветливо махнул исмаритянкам рукой и направился к Таниату.
Теперь Диона недоумённо уставилась на подругу. Опустив низко голову, предводительница лёгкой конницы попыталась неумело оправдаться:
– Кажется, я ему нравлюсь.
