Были осенние сумерки, когда до закрытия ворот Хадриаполиса оставалось немного времени. Часовые коротали оставшиеся минуты у костра, лениво переговариваясь и неспешно подбрасывая поленья в костёр. По дороге, ведущей в город, появилась хрупкая фигура девочки-подростка. Закутавшись в грубый солдатский плащ, так, что свободный кусок ткани прикрывал голову, она медленно шла, часто спотыкаясь. Было очевидно, что силы её покидают. Лёгкие полусапожки отлично смотрелись на ногах, но практически не спасали от стужи. Пританцовывая, пытаясь разогнать кровь по замёрзшим ступням, отроковица неуверенно подошла к воинам и протянула озябшие руки к огню, пытаясь согреться. Стражники, не ожидая такой бесцеремонности, замолчали, с интересом и сочувствием разглядывая нежданную гостью.
– Что привело тебя к нам? – спросил декан, командир десятка.
Услышав вопрос, незнакомка слегка нахмурилась, сосредоточенно о чём-то размышляя, от чего остренькое личико приобрело строгое и одновременно милое выражение. Наконец преодолев нерешительность, согревая пальцы своим дыханием, она ответила:
– Мне срочно нужно увидеть Селестрию.
– А какое у тебя дело к нашей царице? – осторожно спросил один из ветеранов.
– У меня важное сообщение для неё.
Охранники недоумённо переглянулись. Легионеры, конечно же, знали, что где-то в лесах прячутся женщины, но казалось невероятным, смотря на юную, продрогшую путницу, понимать, что это и есть посланница от вольных охотниц.
– Ладно, пойдём, провожу, – пробасил старший караульный, приблизившись к подростку и положа руку на её плечо, как бы предлагая двигаться дальше. Уступая внешнему напору, она повернулась, отстраняясь от спасительного пламени, несмотря на озноб, готовая продолжить свою миссию. Приказав копьеносцам закрывать ворота, командир стражи бережно поддерживал необычную спутницу за спину и вместе с ней зашагал по нешироким улочкам города.
Подойдя к вилле, где проживала повелительница исмаритянок, декан постучался в широкие ворота.
– А Селестрия точно здесь живёт? – незнакомка пытливо посмотрела на легионера.
Десятник в ответ ухмыльнулся и иронично пробасил:
– Здесь, здесь, это точно, раз я тебе говорю.
Собеседница отвела глаза. Как-то сразу успокоилась, притихла и затаилась, выжидая благополучный момент.
Калитку открыл привратник. Привыкший к многочисленным визитам просителей служивый человек ни чего не спросил, только поспешно махнул ладонью, приглашая гостей пройти в дом. Сопровождая необычных посетителей, коренастого, могучего воина и невысокую девочку, которая дрожала от холода, прислужник провёл их через небольшой дворик в просторный вестибюль. Однако очутившись внутри дома, юная дикарка проскользнула мимо взрослых людей, и побежала по коридору, призывно восклицая во весь голос:
– Селестрия, где ты Селестрия?
Не ожидая такого поворота, мужчины в растерянности остановились у входа. Быстро отворилась дверь в одной из комнат, на шум вышла Селестрия. С распущенными светлыми волосами, в длинном платье цвета мальвы, с золотым медальоном на груди, она казалась неотразимой. Удивлённо осматриваясь по сторонам, она пыталась понять, что происходит. Увидев главную воительницу, отроковица бросилась к ней, совсем по-детски уткнулась носом в подставленные руки и от пережитых эмоций, скопившихся на душе, разревелась. Предводительница отстранила плачущее дитя, заглядывая в лицо, и узнав в ребёнке знакомые черты, изумлённо произнесла:
– Лания? Как ты здесь очутилась?
Превозмогая рыдания, вздрагивая плечами при каждом всхлипе, юница вымолвила:
– Она убила Меотиду.
От странного известия сердце царицы защемило, сознание не могло, да и не хотело принимать роковой новости. Селестрия присела, внимательно всматриваясь в глаза девочки, и переспросила:
– Кто она?
Размазывая маленькой ладошкой слёзы по щекам, пытаясь успокоиться и шмыгая носом, Лания пояснила:
– Леандра зарезала нашу матушку, а сама с войском двинулась к восточному побережью, грабя поселения и убивая всех мужчин.
Понимая всю важность информации, Селестрия, глубоко вздохнув, не позволила вырваться чувствам наружу: в ней проснулся полководец.
Бережно придерживая подростка за локти, она хладнокровно спросила:
– Сколько времени прошло с того момента?
– Чуть больше месяца, я сбежала, как только представилась возможность, – последовал ответ.
Повелительница выпрямилась, посмотрела в сторону входа, обращаясь к военному, и строго спросила:
– Ты всё слышал?
Солдат кивнул в ответ.
– Найдёшь Эверта, он сейчас находится в ратуше, и передашь ему, что почти месяц идет война в приморских землях.
Декан приложил руку, сжатую в кулак, к груди в знак повиновения, повернулся и вышел выполнять приказ.
Властным мановением руки Селестрия отпустила привратника, который в нерешительности топтался у двери. Она добродушно посмотрела на Ланию и ласково произнесла:
– Пойдём, останешься у меня, заодно всё подробно расскажешь.
Юная дикарка немного успокоилась, молчала, слишком многое ей пришлось пережить в последнее время. Поняв, что в этом доме она найдёт кров и защиту, она послушно последовала за предводительницей.
