— О, такое выраженіе не совсмъ точно: они не послали меня; я переговорилъ только съ Долуаромъ и фермеромъ Бонгаромъ; и узналъ, что и они васъ также осуждаютъ, какъ и я. Только, видите ли, они не хотятъ обратить на себя вниманія открытымъ протестомъ, — это неудобно. Я самъ многимъ рискую, выступая открыто противъ вашего распоряженія; мое начальство можетъ не одобрить моего поведенія. Но во мн говоритъ голосъ отца семейства, у котораго есть свои обязанности. Какъ мн справиться съ моими сорванцами, Ахилломъ и Филиппомъ, если вы не зададите имъ острастки путемъ религіи? Моя дочь Гортензія нынче конфирмовалась и привела въ восторгъ весь Мальбуа своимъ примрнымъ поведеніемъ. Мадемуазель Рузеръ водила ее въ церковь и сдлала изъ нея совершенство… Сравните, прошу васъ, свое вліяніе на моихъ мальчиковъ съ вліяніемъ мадемуазель Рузеръ. Сравненіе будетъ не въ вашу пользу.
Маркъ спокойно улыбнулся. Онъ хорошо зналъ эту двочку Гортензію, которую ему хвалилъ отецъ. Маркъ нердко ловилъ ее въ саду, куда она забиралась, перелзая черезъ заборъ, и шалила по угламъ съ мальчиками. Да, онъ самъ часто сравнивалъ своихъ учениковъ, которымъ онъ понемногу сообщилъ здравыя понятія о жизни и любовь къ истин, съ сосдними ученицами мадемуазель Рузеръ; эти двочки до мозга костей были проникнуты клерикализмомъ; он были сотканы изъ притворства, и большинство было совершенно испорчено. Какъ бы онъ хотлъ имть въ своей школ и этихъ двочекъ, которыхъ воспитывали среди мистическихъ бредней, разжигая ихъ страсти: имъ тогда не надо было бы перелзать черезъ заборъ, чтобы вкушать запрещенный плодъ, который имъ представляли чудовищнымъ грхомъ! Нтъ другого боле разумнаго воспитанія, какъ совмстное обученіе мальчиковъ и двочекъ; только такая школа можетъ создать счастливое поколніе будущаго. Маркъ просто отвтилъ:
— Мадемуазель Рузеръ исполняетъ свой долгъ такъ, какъ она его понимаетъ; я тоже исполняю то, что считаю своимъ долгомъ… Еслибы родители помогали мн, дло воспитанія и просвщенія шло бы гораздо успшне.
Савенъ сразу разсердился и приподнялся на своихъ коротенькихъ ножкахъ.
— Что же вы хотите сказать? Что я подаю плохой примръ своимъ дтямъ?
— О, нтъ! Только все то, чему я учу дтей, опровергается тою обстановкою, въ которой они живутъ. Правда становится опасной; разумъ подвергается гоненію, какъ будто его недостаточно для того, чтобы человкъ былъ честенъ.
Для Марка всегда было большимъ огорченіемъ, что въ своей дятельности ему приходилось встрчать противодйствіе со стороны родителей учениковъ, между тмъ какъ онъ мечталъ о томъ, чтобы ускорить возрожденіе народа. Еслибы ребенокъ, придя домой, увидлъ подтвержденіе того, что ему говорилось въ школ, увидлъ воочію права и обязанности истиннаго гражданина, которыя Маркъ старался внушить дтямъ, сколь многимъ легче показался бы ему его трудъ! Между родителями и наставникомъ необходима общность стремленій, инач учитель не въ состояніи многаго сдлать, не въ состояніи проникнуть въ душу ребенка; родители должны продолжать и дополнять то, что даетъ школа; они должны идти рука объ руку съ учителемъ по тому пути, который ведетъ къ истин и справедливости. Какое горе испытывалъ Маркъ, видя, что они не только ему не помогали, но даже разрушали то, что онъ созидалъ, просто по незнанію и подъ вліяніемъ той путаницы, которая мшала имъ здраво смотрть на жизнь.
— Я буду кратокъ, — продолжалъ Савенъ: — вы должны повсить картины въ класс, господинъ Фроманъ, если хотите жить съ нами въ мир, а мы этого искренно желаемъ, потому что мы считаемъ васъ за хорошаго преподавателя.
Маркъ снова улыбнулся.
— Благодарю васъ… Но скажите, почему госпожа Савенъ не пришла вмст съ вами? Она имла бы большее право поставить такое требованіе, потому что, сколько мн извстно, ваша жена посщаетъ церковь.
— Да, она занята религіей настолько, насколько это необходимо для каждой честной женщины, — отвтилъ Савенъ очень сухо. — Пусть она лучше ходитъ въ церковь, чмъ обзаводится любовникомъ.
Онъ посмотрлъ на Марка подозрительнымъ взглядомъ, подъ вліяніемъ болзненной ревности; въ каждомъ мужчин онъ видлъ соперника. Почему этотъ преподаватель высказалъ сожалніе, что его жена не пришла вмст съ нимъ въ школу? Вдь она два раза приходила сюда, чтобы объяснить Марку, почему ея сыновья не пришли въ классъ. Онъ заставлялъ ее еженедльно исповдываться у отца еодосія, главы капуциновъ, надясь, что исповдь остановитъ ее на краю преступленія. Его жена сперва посщала церковь только затмъ, чтобы избгать домашнихъ ссоръ; но теперь она съ удовольствіемъ ходила на исповдь, такъ какъ отецъ еодосій былъ очаровательный мужчина, и о немъ мечтали вс молодыя исповдницы.
Маркъ замтилъ съ нкоторымъ лукавствомъ:
— Я имлъ удовольствіе встртить госпожу Савенъ въ четвергъ, когда она выходила изъ часовни на площади Капуциновъ. Мы перекинулись нсколькими словами. А такъ какъ она отнеслась ко мн очень дружелюбно, то я и позволилъ себ выразить сожалніе, что она не пришла сюда вмст съ вами.
